После того, как я проверю, все ли в порядке, я отдам тебе остаток. Я уверен, что твой человек согласится на это условие, ведь он благородный Сангвин.
Польстившись, Эмлин невольно приподнял подбородок.
— Думаю, проблем не будет, — усмехнулся вампир. — Ты боишься, что тебя проведут? Неужели стены Церкви Урожая придают тебе успокоения?
— Конечно, любой почувствует себя в безопасности, рядом с двухметровым обожателем Матери-Земли и обладателем каменных мускул, — улыбнулся Клейн, кивнув в сторону Отца Утравски.
Эмлин Уайт помрачнел и фыркнул.
— А ты не боишься, что я украду твои деньги?
Клейн смерил его небрежным взглядом.
— А мне стоит волноваться? Ты же ходишь сюда каждый день, так что мне не составит труда тебя отыскать. Тем более, ты настоящий живой вампир, тебя легко можно продать за ту же 1000 фунтов.
Эмлин, словно оправившись от удара по больному месту, прорычал:
— САНГВИН! Я Сангвин! И не смей считать, что можешь меня продать, как какую-нибудь тварь!
Клейн молча усмехнулся, ожидая, пока Эмлин успокоится.
— Сделаем так, как ты предложил, — помассировав свои виски согласился Сангвин.
Клейн сразу же вынул конверт, полученный утром, и протянул его вампиру.
— Увидимся здесь в восемь вечера.
Пересчитав деньги и убедившись, что все было в порядке, Эмлин украдкой взглянул на Отца Утравски и тихо спросил:
— Мистер «частный детектив», у тебя же много информаторов, верно? Ты слышал что-нибудь о злом боге, известном как Шут?
Злом? Злом боге?! — Чуть не выругался Клейн.
— В последнее время все носятся с этим именем, — с обычным выражением лица сказал Клейн. — Собираешься присоединиться в их бравые ряды и найти Шута, чтобы получить за него награду?
— Нет, я только хотел попросить этого злого бога или кто он там, чтобы он помог мне снять «великаньи чары». Как ты наверняка знаешь, люди говорят, что для связи с Шутом надо произнести его имя на древнем гермесе… Что ты о нем знаешь? Он причиняет вред своим последователям? Станет ли он заставлять своих последователей менять свое вероисповедание?
Хоть я и подставлю себя, я должен тебе сказать: мой дорогой друг-вампир, ты видишься мне как бедолага, отчаянно хватающийся за любую соломинку…
— Этот Шут непрост. Ничего внятного про него до сих пор никто не нашел. Никто не знает, насколько он силен и доподлинно не уверен, существуют ли какие-либо ритуалы для привлечения его внимания. Вот, что мне интересно. Почему ты не рассматриваешь двух своих вампирских… Э-э, предков Сангвинов, как своих спасителей? Как же древняя богиня Лилит? Я думаю, до тех пор, пока ритуалы верны, а подношения обильны, «Она» поможет тебе развеять чары Отца Утравски.
Эмлин слегка откинулся назад и несколько секунд молча обдумывал слова детектива.
— Еще до Катаклизма, — угрюмо начал вампир, — предки редко когда отвечали на молитвы. Только исключительные обстоятельства позволяли нам получить благословение Лилит и ее помощь. Думаю, моя проблема ее не тронет.
В легендах Города Серебра, древняя богиня Лилит олицетворяла собой Луну. Она получила свою власть от пробужденного Творца… Или, возможно, она пала в какой-то божественной битве… Тогда кто же все это время откликался на мольбы Сангвинов? Первородная Луна? — Подумал Клейн.
— Значит остается Первородная Луна. Ей все еще можно молиться. Существует очень много нелегальных Потусторонних, которые обращаются к ней за помощью.
В основном это касается существ и Короля Шаманов… — мысленно добавил Клейн.
Эмлин молча покусывал свои губы, а на его лице проглядывался неподдельный страх.
— Я подозреваю, что Первородная Луна стала кем-то вроде злого бога или высшего демона. Люди, которые ей молятся, претерпевают необратимые изменения и становятся жестокими, безумными… Сангвин, что обратится к ней, скорее всего потеряет над собой контроль и превратиться в настоящего монстра. Существовала когда-то одна особа, которая пыталась молиться Первородной Луне… В конце концов она превратилась в животное, на уме которого было только спаривание… Она спаривалась с баранами, с конями, мышами и даже растениями с камнями, рождая странных существ одного за другим. Каждый из них развил собственный вид монстров. К счастью, с ней и ее отродьями быстро расправились.
Первородная Луна так опасна? В Книге Тайн об этом не упоминалось. Неужели Кларман ошибался в своих суждениях? К счастью, я изменил ритуалы и молился себе… — ощутил Клейн, как заколотилось его сердце.
Благодаря рассказу Эмлина Клейн осознал, насколько были опасны скрытые великие сущности.
Как и я сам… — вздохнул он.
Эмлин горько улыбнулся и вымолвил:
— Если связь с этим Шутом не будет так опасна, то мне стоит подумать о мольбе ему.
Если, конечно, ты не расцениваешь за опасность расставание со своими накоплениями, в пользу Шута, за то, что он снимет с тебя чары…
В тот момент Клейн мог только похлопать ему по плечу и исполнить молебный жест Бога Пара и Машин.
