Какие у него отношения с Истинным Творцом? Может быть, это все какая-то обманка? А вдруг, между Адамом и Истинным Творцом есть нечто глубинное, нечто незримое и серьезное?
Клейн не стал продолжать свои мысли, так как Аррод, предоставивший ему это видение, мог его подслушивать или оценивать.
Спустя несколько секунд, без какого-либо предупреждения та фреска поблекла и рассыпавшись, обрушилась на землю. В тех обломках, сыпавшихся с верхов, не было и намека на доселе красовавшуюся с купола фреску.
Церковь Бога Пара и Машин уничтожает свидетельства истории Третьей и Четвертой эпохи… Интересно, другие церкви поступают также? — Нахмурился Клейн и дальше последовал за архиепископом.
Сделав полукруг, он обнаружил еще кое-что. В углу стояла каменная дверь, до этого момента имевшая лишь неприметные очертания.
Шарниры «Куклы-Горамика» заскрипели, но он без труда приблизился к каменному проходу.
Архиепископ, управлявший живой куклой, протянул правую руку и толкнул дверь.
Над ней внезапно вспыхнуло бирюзовое свечение, сгустившее все вокруг. Перед Клейном выстроилось новое видение, да настолько реалистичное, будто бы все вокруг можно было потрогать.
Светло-синие волны помрачнели и вспенились ввысь, образовав плотный черный туман, смотревшийся как водянистая смоль.
Из черноты выступала скалистая гора, с вершины которой непрерывно стекала вязкая жидкость.
Черный туман вокруг представлялся бескрайним смольным океаном.
Его пределы и величины были неизмеримы. Всякий, кто смотрел бы вдаль той непроглядной черноты, ощутил бы безмятежный покой. Рухни там что-нибудь вниз — летело бы вечность.
Что это за место? — Пробормотал Клейн, ничуть не смутившись.
Архиепископ развел руками и спокойно наблюдал, как сцена перед ним постепенно затухала в небытии.
— Бездна… — вздохнув промолвила кукла.
Бездна? Он имеет в виду источник сил зла? Говорят, что Бездна в состоянии извратить даже бога… — поразился Клейн.
Розель, исследовавший Туманное Море, однажды отклонился от своего курса… Он написал в своем дневнике, что видел саму Бездну…
В Туманном Море таится вход в Бездну? — Предположил Клейн, раздумывая о вздымавшихся черных волнах.
Немного поразмышляв, он бросил взгляд на каменную дверь, стоявшую перед ним. Он подозревал, что Амон, скрывавшийся в Городе Серебра, использовал для своих гнусных целей некий ритуал. По разумении Клейна, Амон закончил строить свою гробницу и проделал особый проход ведущий к Бездне. Именно так он и обманул всех, представ мертвецом.
Что касалось того, находился ли Город Серебра поблизости с Бездной, то Клейн не мог быть в этом уверен. В конце концов, гробница, в которой тогда находился Разум Машины, просуществовала уже полторы тысячи лет, так что у Амона было предостаточно времени, чтобы попасть в Бездну и отправиться куда-нибудь еще.
Будет ли он возвращаться сюда, скажем, чтобы восстановить свои силы? Думаю, он нехило так удивится, когда узнает, что его усыпальницу разгромили, а саркофаг нагло вскрыли… — хихикнул Клейн, по непонятной причине обрадовавшийся стечению обстоятельств.
Тем временем, «Кукла-Горамик», вывернул себе руку.
Левая ладонь со скрипом согнулась в бескостном запястье, откуда изверглась кровь наперебой с плотью.
В месте сгиба оказалась вделанная черная металлическая трубка!
В его руке все это время хранилось мелкокалиберное мистическое оружие!
Достойное архиепископа Церкви Бога Пара и Машин орудие… Однако, крайне дорогое… Понятное дело, такие экземпляры мастерятся только для самых важны и точно не подходят для вооружения личного состава… — рассудил Клейн, ощутив, что тот день мог стать для него переломным моментом для переосмысления множества вещей, происходивших в потустороннем мире.
Единственной проблемой было то, что Потусторонние Черты хранились вечно, а Ремесленники, увы, были недолговечны. Это было камнем преткновения для массового производства такого оружия.
Архиепископ приложил левое запястье к каменной двери.
Под звук скрежещущих друг об друга шестеренок, из его руки повалил ярчайший свет.
Луч света, сильный как само солнце, мгновенно пробился, и также быстро исчез.
Массивная каменная дверь стерлась в порошок, словно ее там никогда и не существовало.
Он… Уничтожил… Дверь? Если Амон вернется сюда и обнаружит, что его крепчайшей двери больше нет — это будет весело… — помыслил Клейн и чуть было не рассмеялся, представив сцену возвращения Амона в свою гробницу.
Так и закончилось исследование гробницы семейства Амон. Сцена вокруг Клейна принялась упраздняться и переформатироваться, обращаясь двумерным фоном.
Иллюзорное, древнее и причудливое серебряное зеркало появилось перед ним в воздухе. Черные, словно маленькие глаза, драгоценные камни, таинственно замерцали.
Белесые буквы в отражении зеркала быстро перестроились в строки:
«Ваш верный слуга Аррод закончил доклад и готов вновь услужить».
Клейн, немного опешивший от воистину щедрого предложения, немного насторожился.
— Хорошо, можешь покинуть меня, — отозвался он и кивнул зеркалу.
«Повинуюсь, владыка Духовного Мира», — начерталось в отражении Аррода.
