Клейн, из вежливости, указал в сторону комнаты и впустил гостя. Инспектор закрыл за собой, подошел к дивану и присел.
— Какие у вас планы? — поинтересовался Клейн, сунув руки в карманы пальто.
— Думаю и так понятно, что вы крепко задели Посла … Эти несколько дней будут для вас, пожалуй, самыми опасными, — подавшись вперед и сцепив пальцы, утвердил Фэксин, — Руководство дает вам на выбор три варианта действий…
…Первый: вы на пару дней отправляетесь в Собор Святого Ветра. Да, я в курсе что вы сами веруете в Бога Пара и Машин, но Собор Святого Иерланда находится слишком далеко, и по пути к нему могут возникнуть некоторые неприятности.
Клейн, внимательно слушая тихонько кивнул.
Неожиданно его зрение затуманилось, а голова одеревенела.
Он видел, как Фэксин словно рыба то открывал, то закрывал свой рот. Мысли ускользали, внимание растекалось.
До боли знакомые ощущения… Клейн вспомнил о марионетке из семьи Антигона и о запечатанном артефакте 2-049!
Когда-то он уже попадал под действия этого артефакта, но тогда его разбудил Капитан Данн…
Путь Провидца принадлежал семье Антигон… А способность, под которую я сейчас попал, напоминает силы той марионетки… Значит, этот кто-то средней последовательности Пути Провидца…
Клейн все же пришел в себя, хоть поблизости и не было никого, вроде Данна Смита, чтобы его пробудить.
Мускулы на лице Фэксина «зашевелились». Клейн не успел заметить, как инспектор превратился в джентльмена с черными густыми волосами и голубыми глазами. У него
было довольно привлекательное лицо, хоть и усеянное небрежной щетиной.
— Стоит отметить, с этой способностью тяжеловато будет справиться, если только ты не высокоуровневый Потусторонний… — не скрывая улыбки заметил новый гость.
Пока тот распинался, Клейн заприметил отражение дамы в черном на оконном стекле.
Она медленно, почти неуклюже выбралась из отражения; ее светлые волосы, безмятежное бледное личико делали ее больше похожей на куклу, нежели на живого человека.
— Ого, я и думать не смел, — продолжил гость, — что ты сумеешь нанять такого сильного телохранителя. Если бы не мое заранее совершенное предсказание, я бы, скорее всего, тут бы и умер. Много заплатил? Кстати, позволь представиться, меня зовут Росаго.
В этот момент Клейн вдруг почувствовал, как холодный ветерок обдул его шею, заставив волосы встать дыбом, а все тело покрыться мурашками.
Казалось, за его спиной кто-то невидимый дышит ему в затылок!
Росаго рассмеялся, поднял левую руку и щелкнул пальцами.
*Бах!*
Вспыхнуло яркое пламя, которое моментально превратило призрачную тень, выскочившую из отражения, в пепел.
Все это промелькнуло перед Клейном, словно кадры пленки.
Не потому, что его противник вдруг стал медленным, а скорость реакции сознания Клейна замедлилось.
Я уже полностью под его властью… Почему он меня все еще не убил… Неужели все злодеи грешны длиннющими монологами о своем злодейском плане… Нет, он не настолько глуп… Он пытается этой болтовней сбить меня с толку…
Клейн пытался размышлять, но его рассудительность покидала его.
Он впился глазами в Росаго, пытаясь уловить каждую мелочь, впитать все детали.
Наконец, уже отчаиваясь и всматриваясь в его голубые глаза, он углядел в их отражении фигуру со светлыми волосами и черным готическим платьем!
Дама, словно марионетка, двигалась на Росаго.
Росаго еще не полностью подавил ее самоконтроль… Она все еще пытается сопротивляться и бороться… Их борьба равна и незрима… Я должен склонить чашу весов…Клейн, нащупал Голос Скверны, который все это время держал в своей левой руке. Амулет был все таким же холодным, скользким и наполненным злом.
Пленник возрадовался, что до этого не терял бдительности, и все это время находился в состоянии боевой готовности.
Он мог ранить противника, но только причинив вред самому себе. Клейн собрался с силами и попытался заговорить.
Его голосовые связки, будто прогнив подводили его, а горло с трудом поглощало воздух.
Истошно хрипя, на древнем Гермесе, отрывистым темпом он выдавил из себя:
«Мерзость!»
Когда его голос эхом отозвался в воздухе, Клейн ощутил едкую боль в левой ладони и внял иллюзорный шепот, который сводил с ума.
Это состояние уже не было ему в новинку, оно ему не мешало.
Не мешало тому, что он вкладывал большую часть своей духовности в Голос Скверны, который сам по себе не зависел от тела владельца.
Через три секунды глас Истинного Творца снизойдет в материальный мир и нахлынет в уши самому близлежащему существу!
«Раз!»
Наступление, рокот, иллюзии, шепот — разнеслись в одно мгновение. У Клейна закололо лицо, голова преисполнилась гулом, вены набухли. Ему было трудно сосредоточиться.
У сидящего в тот момент за кофейным столиком Росаго переменилось лицо.
«Два!»
Бледная женщина в черном платье за его спиной ускорила шаг, но приблизившись скорчилась от боли.
В тот миг Клейн испытал послабление чужой воли над ним. Его разум оттаял, а суставы ног и рук отмерли.
Сопротивляясь шепоту, который приносил боль и страдания, Клейн стремительно выхватил из кармана Амулет и зашвырнул его прямо в Росаго.
«Три!»
