Всё благодаря тому, Что Вы преувеличили моё дружелюбие. Так сказать, после Церкви Богини Вечной Ночи и Церкви Бога Пара и Машин, я снова могу получать деньги у военных? Клейн слегка опешил.
— Хотя больших проблем и не предвидится, чем раньше мы найдём цель, тем раньше возьмём ситуацию под контроль, — не увидев ответа, Элланд добавил, — и, может быть, спасём много человеческих жизней.
Помолчав, Клейн кивнул:
— Хорошо.
Увидев, как Герман Воробей берёт в руки трость и надевает пальто, Даниц подумал, что о нём, наверно, забыли. Откашлявшись, он решился спросить под взглядом двух пар глаз:
— М-мне идти с вами?
Будет лучше не делать этого. Кто знает, что может случиться! Например, пару дней назад, стоило нашему кораблю зайти в порт Банси, как сразу начались всякие странности. Вчера, когда я привёл Германа на базу Сопротивления, его проклял Морской Бог. Если сегодня я последую за этим безумцем на поиски Летиции и других «археологов», кто знает, что может случиться? Даниц опустил взгляд и посмотрел на свою сломанную руку. Пирату показалось, что за эти несколько дней произошло событий больше, чем за несколько месяцев, а может быть даже и за полгода.
— Можете оставаться, но кто-то придёт проверять это место, — Элланд рассмеялся.
Проверка? Великого Пламенного пирата поймают и превратят в звонкую монету? Нахмурившись, Даниц сухо рассмеялся:
— Кроме как за вознаграждение, военные не дают возможности поработать. Я склоняюсь к тому, чтобы попробовать. Мистер Элланд, подождите, мне нужно замаскироваться. Я не хочу подставлять Вас из-за мелких недоразумений.
Если не замаскироваться и принять участие в совместной операции военных и церкви, такого великого пирата, как я, поймают немедленно... Даниц живо представил, как ему заламывают руки и прижимают коленом к земле, а он дёргается, как выброшенная на берег рыба.
— Одевайте. Остальное предоставьте мне, — задумавшись, Элланд достал чёрную металлическую маску и передал её Даницу.
Да, нет необходимости тратить время на бесполезную маскировку... Клейн мысленно согласился с этим решением.
Не сказав ни слова, он повернул ручку и вышел в коридор. Элланд наступал ему на пятки, а Даниц замешкался, схватив пальто и напялив на себя чёрную маску.
Стоило им оказаться на затопленной улице, где было много воды и ни следа пешеходов, Клейн поправил цилиндр и спросил:
— С чего начнём?
— В отдалённых провинциях, у меня, как у Потустороннего, были весьма специфические задачи. Один раз, увидев человека — лично, на фотографии или рисунке, я сразу запоминал его внешность и чувствовал присутствие. Да, ещё я вижу затёртые следы и несоответствия окружающей обстановки. Объединив две эти способности, можно быстро проверить прилегающую местность.
Последовательность 8 «Шериф» Пути Арбитра... Задумчиво кивнув, Клейн поинтересовался:
— У Вас есть нечто им принадлежащее?
На листовках, которые Даниц расклеивал прошлой ночью, были портреты Летиции, которые нарисовал Клейн с помощью предсказания.
— Нет, — Элланд покачал головой, — мы ещё не нашли её укрытие. Единственное, в чём мы уверены, так это в том, что они не возвращались на остров Шумим до 15-00 вчерашнего дня. А с 14-00 ни один пассажирский корабль не покидал порт. Сегодня же, благодаря погоде, корабли могут только причаливать.
Другими словами, Летиция и её люди ещё не уплыли из Байама... Клейн понял, что ему хотел сказать Элланд.
— Это ещё ничего не значит. Они могли покинуть Байам после обеда и отправиться в другой город на острове, — Даниц усмехнулся.
Остров Синей Горы был самым большим в архипелаге Рорстед. Огромный, с густыми джунглями и богатый минеральными ресурсами. Здесь было множество посёлков, сосредоточенных вокруг чего-то ценного.
Ради этого богатства Лоэн подкупил туземных вождей, затем вынудил воевать между собой, а потом поставил своего генерал-губернатора. Тот работал эффективнее — появились хорошие дороги, связавшие посёлки меду собой, железные дороги и компания по их управлению, акции которой даже торговались на баклундской бирже.
Конечно, подобные проекты сопровождались гибелью местных жителей, строительством малоприспособленных для работы фабрик, и принудительным, почти рабским трудом за весьма скромную плату. Рельсы и дороги буквально прокладывались по трупам чернорабочих.
И по сей день, туземцы ненавидели железные дороги, веря, что рельсы поглотили человеческие жизни и принесли с собой лишь страдания. Для них, это символ злых богов.
— Если они путешествуют по земле, то можно не беспокоиться, — Элланд перевёл взгляд в сторону Даница.
— Почему? — пират совершенно ничего не понимал.
