Поспешив провести ритуал, он призвал самого себя и вернулся с небольшим значком. С одной его стороны был символ судьбы и скрытности, а с другой — идущие кругом мелкие буквы, сливающиеся во фразу на Гермесе — «Можете присоединяться, если у вас есть этот предмет».
Клейн готов был наполнить значок энергией, чтобы узнать ближайшее время и место проведения очередного собрания, как вдруг заколебался.
...Я стал небрежен. Забыл провести предсказание и определить, не опасно ли это! Если на собрании присутствует полубог, который отдавал приказы Ланевусу, могут начаться проблемы. Прямо, как когда контр-адмирал Трейси смогла слишком быстро заручиться помощью Вечно Юной Ведьмы. Я должен ко всему подготовиться. Стоит быть безрассудным, если того требуют обстоятельства, и трусом, когда это необходимо! Стукнув себя по лбу, Клейн вернулся в мир над серым туманом и использовал лозоходство, чтобы определить, не грозит ли ему опасность.
Получив откровение, что никакой опасности ему не грозит, Клейн выдохнул и спустился в реальный мир. А затем устроился в гостиничном кресле.
После подпитки энергией значок засиял, синим цветом, который превратился в устремившийся в небо луч. Вскоре, тот же самый луч вернулся и превратился в иллюзию пергамента с надписью на древнем Фейсаке — «6 июня 1350, 9 вечера, устье реки Тассок».
Четыре месяца... За это временя можно заново отыскать основные ингредиенты зелья Кукловода. Единственным препятствием будет недостаток средств, но и это преодолимо. У меня есть 6 945 тысяч фунтов. Но после продажи одной или двух эссенций, денег будет более чем достаточно. Кроме того, в море ходит много наград. Нет, не стоит быть слишком самоуверенным. Придётся уничтожить Четырёх Королей и Семь Адмиралов... Что же это тогда за ответ-то такой? Наклонившись вперёд, Клейн глубоко задумался.
Задумавшись о собрании Отшельников Судьбы, он внезапно кое-кого вспомнил — Леонард Митчелл!
Мой дорогой поэт принимал участие в собрании в долине Бабур. Независимо от его целей, официальные они или личные, есть вероятность, что он раздобыл нужный мне артефакт... Можно ли его одолжить или попросить купить новый? Это настоящий ответ? Почувствовав прилив вдохновения, Клейн быстро придумал подобие плана.
Шаг первый. Поместить радиопередатчик в мире над серым туманом.
Шаг второй. Через пару дней связаться по нему с Арродесом.
Шаг третий. Спросить у зеркала, могу ли я, с относительной лёгкостью, приобрести нужный мне артефакт.
Если получу определённый ответ, то четвёртым шагом будет последовать совету зеркала, без труда добившись поставленной цели. Но, если информации окажется недостаточно или следовать ей чревато опасностью, то четвёртым шагом будет выяснить местонахождение моего дорогого поэта.
Пятым шагом будет попросить Эмлина Уайта взять значок и узнать у Леонарда Митчела, есть ли у него нужные мне артефакты и можно ли их купить. Сам я не могу отправиться, ведь меня могут узнать, и из-за этого могут начаться проблемы. А что касается Эмлина, сейчас, он считается членом Церкви Матери-Земли, нет, скорее кандидатом в члены Церкви Матери-Земли. Если он проявит инициативу, а мой дорогой поэт его сдаст или его поймают, то с ним ничего не сделают, и не будут пытать.
Составив подробный план, что ему делать и как действовать, Клейн сразу же почувствовал себя лучше. В хорошем настроении он решил отведать Байамский деликатес — жареную рыбу.
***
Сияя в лучах заходящего солнца, Золотая Мечта рассекала водную гладь.
Получив разрешение войти, Даниц с нехорошим предчувствием заглянул в каюту капитана, а остальные пираты в это время с завистью смотрели ему вслед. Капитанскую каюту заполонили книжные шкафы и даже на них лежали книги.
Контр-адмирал Эдвина Эдвардс стояла за столом с шариковой ручкой в руках. Она быстро писала:
— ... у меня нет ничего похожего. Как и у Джодсона. Он сказал, что поможет, но для этого потребуется вся твоя удача.
Приподняв голову, Эдвина уставилась на Даница своими чистыми синими глазами:
— Проведи ритуал призыва посланника Германа Воробья.
В этот момент Даниц раздумывал, не заслужил ли он особого обращения со стороны Капитана, но, услышав её слова, удивлённо ткнул в себя пальцем:
— Кто? Я?
— Да, — Эдвина сложила письмо и, выпрямившись, кивнула, — это позволит тебе познакомиться с подобными ритуалами. Потом, тебя ждёт экзамен.
— Хорошо... — Скрыв разочарование, Даниц изо всех сил постарался вспомнить подробности, готовясь к проведению ритуала, для которого требовалась только одна свеча.
Наконец, под наблюдением Эдвины, пират достал сияющую золотую монету и положил её на алтарь. Взяв в руки письмо, Даниц дважды мысленно пробежался по ритуалу и только потом осмелился его начать.
Шагнув назад, он затянул на Гермесе:
— Я!
— Призываю во имя моё:
— Странника над отсутствием тверди, дружелюбную сущность, которая может мне подчиниться, посланника, принадлежащего Герману Воробью.
Свист!
Внутри духовной стены завыл ветер, растрепав при этом соломенные волосы Даница.
