Так как ситуация теперь становилась всё более напряжëнной, и неведомых факторов было в ней всё больше, он желал как можно скорее себя усилить, укрепить. Во многих отношениях – во-первых, прибавить себе марионеток и Запечатанных Артефактов; во-вторых, восстановить помощников; а в-третьих, продолжать овладевать знаниями и тайнами. Это поспособствует знанию правды и настрою верного взгляда на вещи, имеющегося у многих фракций, и таким образом Клейн приобретëт благоприятную возможность изнутри.
Исследование Гримуара Грозеля соответствовало третьему пункту.
Глава 1061 - Чьë сновидение?
Пятница. Глубокой ночью в спальне Одри.
Получив сигнал, золотистая ретриверша Сьюзи открыла дверь и вышла сама, пригнувшись, наружу, чтобы никто не побеспокоил Одри.
Одри взяла из потайного места признак Потустороннего Сноходца, необходимые вспомогательные составляющие и аппарат для вываривания зелья. Большинство вспомогательных составляющих были из Серебряного Града, и Одри за них не платила, поскольку Солнышко не подумал, чтó ему нужно.
Она искусно приготовила зелье и смотрела на эту жидкость в точечках потемневшего пепельного света. Сделала шаг назад, сложила ладони, приложила к губам и тихонько запела молитвенно:
– О Шут из иной эпохи...
И едва допета была молитва Одри, перед нею явилось бесчисленное множество фигур неописуемых очертаний.
Они стремительно плавали, набегали друг на друга, словно оживлëнные обитатели моря. Над морем же сияли семь чистых лучей разноцветного света, несущих, казалось, бесконечное знание.
Над этими семью лучезарными сияньями простирался серовато-белый туман. А над ним высился величественный дворец.
В этот миг открылась дверь дворца, и фигура из золотого света расправила свои двенадцать пар крыльев из алого пламени и слетела вниз, опустившись перед Одри.
Двенадцать пар пламенных крыл накладывались друг на друга, заключая светловолосую зеленоглазую девушку в объятья.
Явление это длилось лишь секунду-две, затем исчезло. Словно у Одри были галлюцинации, но она всегда ощущала себя погружëнной в такую атмосферу священного, возвышенного.
Она успокоилась и искренне поблагодарила мистера Шута.
С Объятием Ангела она могла сохранять ясность ума в сновидении и в любой нужный ей момент проснуться. Ей не надо было беспокоиться о том, что она погрузится во сны и не сумеет выбраться.
Это означало, что она уже провела соответствующий ритуал Сноходца, и действие он возымел явно лучшее, чем могло быть.
– Всё же не каждый Гипнотизёр может получить такое благословение от скрытой сущности и объятия такого ангела, как этот... Одри, всего наилучшего тебе! – бормотала про себя Одри, а потом, уже не колеблясь, подняла стеклянную бутыль и выпила из неё зелье.
Зелье оказалось не так ужасно, как Одри воображала. Чуть кисловато, чуть сладковато, чуть горьковато, чуть причудливо и немного бодряще. Оно было, словно безумный сон, в котором можно дать себе затеряться.
Ещё не успев почувствовать воздействия зелья на своё тело, Одри вдруг опешила, изумилась, а затем пришла в себя.
Она увидела, что ночь за окном обращается в рассвет, из-за горизонта вставало солнце, окрашивая небо красным.
В саду цвели цветы, и на кончиках зелëных травинок мерцали кристаллики росы.
Одри словно бы стала правительницей своего мира. Её сознание воспарило, и она с высоты смотрела на разные картины:
Её отец с матерью, держась за руки, прогуливались по садовой тропинке, вдыхали ароматный воздух и нежились в утреннем свете.
Преодолев различия между собой, два брата Одри, Гибберт и Альфред, скакали верхом, взяв с собой слуг. Под весёлый смех они въезжали в лес, друг с другом меряясь удачей в очередной охоте;
Послы и особые представители разных стран, таких как Фейсак, Интис и Фейнапоттер в лоэнском Дворце Содела подписали соглашение, объявив миру, что не быть войне, и тем самым рассеяли всё тёмные тучи;
Ситуация со смогом в Бэклэнде улучшилась. Фабрика каждой компании прошла двойную проверку инспектором щелочной промышленности и Национального Совета по атмосферному загрязнению, и они распространили те же стандарты на другие страны;
Рабочим были гарантированы максимум часов работы и основные рабочие условия, и каждая индустрия развивалась, меняясь к лучшему. Число бездомных невообразимо упало, а всевозможные меры защиты, осуществляемые королевством, покрывали всех и каждого;
Всё больше и больше рабочих могли себе позволить велосипеды. По улицам, позвякивая, носились туда-сюда велосипеды, стаями, огромной армией;
Детям не нужно было с ранних лет трудиться на фабриках. Можно было смеяться и резвиться, можно было вбегать в классы, где стояли хорошие парты и стулья. И там листать учебник и начинать внимательно слушать урок. А если дети не хотели учиться, то исключительно по своему выбору, не из-за нехватки условий;
