Были люди на кладбище, настолько притихшие, что от взгляда на них заходилось ноющей болью сердце, были и те, что плакали до потери сознания, раз за разом;
Была земля, запятнанная кровью;
Был пропитанный порохом воздух;
Были холодные беспощадные снаряды.
А тот, кто замыслил и затеял всё это, величайший убийца, тот готов был восходить на божественный престол, шагая по трупам, сваленным в кучи, лишь ради хвалебных возгласов и побега от своей земной суетной жизни.
– Можешь ли ты принять такое развитие событий? Можешь ли принять такой расклад? Можешь ли принять такой исход?
Чуть помолчав, Клейн вдруг заговорил проникновенно-глубоким голосом:
– Нет, не могу.
Голос тотчас раздался эхом по комнате. Отзвуки наслаивались друг на друга, сцеплялись друг с другом.
– Нет, не принимаю!
В ушах Клейна ещё звенели те отголоски, и тут уголки его губ загнулись вверх. Клейн посмеялся как бы сам над собой.
– Семь божеств уже молчаливо приняли это. Что толку, даже если ты не примешь?
И снова замолк. Долгое время спустя, наконец, выдохнул и сказал себе со спокойным видом:
– Даже если и нет толку в этом, некоторые вещи всё же дóлжно сделать. Много ли в этом мире таких дел, в которых гарантирован был бы успех? Да чтоб они были ценными и полезными?
Уголки губ у Клейна приподнялись. Он отвёл взгляд, повернулся и вошёл в комнату в центре съёмной квартиры.
Хоть Клейн уже определился с тем, что собирается делать, но не намерен был делать это с бухты-барахты. При нынешнем своём уровне и положении трудно было бы Клейну, как бы он ни старался, повлиять на дела Георга Третьего. И кроме как лишиться жизни ни за грош, не было бы тогда иного исхода.
Более того, если бы это привело к хаосу в Королевстве Лоэн в критический период войны, и итогом стало бы вторжение фейсакской армии, то погибших и раненых среди невинных было бы только больше – в десять, а то и в сто раз, чем в Великий Бэклэндский Смог.
– Всё, что я могу – это готовиться. С одной стороны, мне нужно улучшать себя. С другой – приготовиться ещё в чём-то и терпеливо ждать возможности... – бормотал мысленно себе под нос Клейн. Он нашёл липкий чёрный ком чего-то, разделил на две части, после чего одну из них равномерно намазал на зеркало.
Таков был способ связи с Демонессой Трисси.
Но когда исчезли все чёрные объекты, в зеркале всё равно не видно было ничего сверхъестественного.
– Нет ответа... Напуганная таким ангелом, как мисс Посланница, Трисси решила уже больше никак не контактировать с Германом Воробьем... – Клейн вздохнул, прошёл к кровати, сел.
И быстро переключился на обдумывание причин, по которым Секта Демонессы помогла Королю Георгу Третьему.
– ... Одна из них в том, что Демонессам необходима катастрофа для усвоения зелья и проведения ритуала. А другая – что Георг Третий дал им обещание? Пообещал им, что они смогут, открыто распространять свою религию? Нет, уж этого-то семь божеств не должны позволить. Даже если Чёрный Император на Последовательности 0, и если будет действовать с Изначальной Демонессой и Истинным Творцом сообща, всё равно “Они” не смогут биться с союзом семи божеств. Конечно, после этой войны существование союза между семью божествами само по себе будет поставлено под вопрос...
В таком случае семь божеств, знающие, что Георг Третий сотрудничает с Сектой Демонессы, должны не дать “Ему” стать Чёрным Императором...
Обещалось ли что-то ещё? На пути Демонессы есть истинный бог, и очень мало ценных предметов осталось за пределами этого пути... Похожие пути? Не Красного Жреца ли... Георг Третий, нет, брат Амона, не только знает о тайной усыпальнице, нужной для Чёрного Императора, от Императора Крови Алисты Тюдора, но и приобрёл признаки Потусторонних уровня ангелов или Запечатанные Артефакты Степени 0 пути Красного Жреца?
При условии, что если есть Последовательность 0, Последовательности 1 нет, в этом, вероятно, величайшая из надежд высших эшелонов продвинуться дальше. Да, Изначальная Демонесса должна тоже очень заинтересоваться...
Это может быть объяснением, почему Секта Демонессы оказывает помощь... Злой дух Красный Ангел ищет Святую Непорочности Катарину, и кажется, тут всё не так просто, как “Он” говорил... Нет, “Он” не сказал больше ничего, кроме того, что известно любому, и реагировал так, чтобы навести меня на те мысли.
Ход мыслей Клейна постепенно стал яснее. Он решил использовать Святую Непорочности Катарину в качестве точки прорыва, сделав её своей следующей целью. Но прежде нужно было услышать, что предрекла Королева Тайн. Клейн из первых уст хотел узнать, что она собиралась делать в Бэклэнде.
Лишь поняв ситуацию, он мог найти возможность и ухватить её!
На следующее утро Отшельник-Каттлея передала слова Королевы Тайн Бернадетт:
– Сегодня между двенадцатью и половиной первого в ресторане Сренцо, в Золотом театре.
Прибыв в одиннадцать пятьдесят пять, Клейн, навëл иллюзию на официанта, благополучно прошёл до самой комнаты и стал там терпеливо ждать.
Через какое-то время достал свои золотые карманные часы, открыл.
