Или же он невероятно догадлив.
- Судя по молчанию, мое предположение верно, - сказал Практик.
- Допустим, что вы угадали, - нехотя признался Фратер. – И что с того?
- А то, что невероятным стечением судьбы вы и я оказались замешаны в историю с попытками эльфов получить под свой контроль реликты Последней Войны, - произнес Практик. – Раз уж ваш Бог решил приглядеть за мной, то он точно не хочет повторения прошлого. Я могу поспорить на эти боевые топоры, - Практик положил ладонь на оружие гномов-берсерков, - что как минимум эльфы задумали недоброе. И люди тоже. Одним нужно магическое оружие. Другим – оружие, которое превосходит человеческое. Пусть я и не из здешних мест, но чую своим богатым внутренним миром, что очень скоро здесь полыхнет что-то очень и очень серьезное. Уверен, что вашему Богу не очень захочется наблюдать за тем, как Аурхейм полыхает в очередной разрушительной войне. Судя по тому, что вы вмешались в мой конфликт с хозяином этого притона, то вам не безразличны судьбы тех невинных, что пострадают в случае войны. Я же, добравшись до Гиблых Земель, могу хотя бы попытаться разобраться в том, что там происходит. Думаю, ваш Бог хочет примерно этого же. Мертвые существа вино не употребляют. А вот чем больше выживет – тем больше возможностей для того, чтобы вы и дальше продолжали свое паломничество. Уверен, что у него куда как более серьезные цели, чем вы назвали.
«Честно говоря – богу вообще плевать на этот континент», - подумал Фратер. – «Его паства за Штормовым Морем».
Но ради выполнения божественного задания, можно и промолчать, сделав вид, будто это так.
Тем более, что Священная Чаша…
«Соглашайся», - этот голос внутри головы ни с чем не перепутать. – «И глаз с него не спускай».
- Хорошо, - сказал он. – Я отправлюсь с вами. Но лишь для того, чтобы…
Фратер замолчал, видя, как улыбается Практик.
- Божественная смс-ка получена? – поинтересовался он.
- Я не понимаю ваших колдовских слов, - признался Фратер. – Но, мой Бог благословил этот поход на Север. Так и быть – я помогу вам достичь Гиблых Земель и разузнать что там происходит.
А еще, быть может, получится разжиться парой-тройкой гномьих артефактов, вроде этих боевых топоров.
Эх, подумать только, сколько бочек гномьей медовухи можно получить в обмен на их реликвии…
- В таком случае, - заявил Практик, - умаю, нам пора собирать все, что тут есть ценного и выдвигаться. Думаю, вы не будете против того, чтобы трофеи остались при мне. Право мести и все такое.
- Я бы не отказался от парочки гномьих топоров в качестве уплаты за свою помощь, - закинул удочку Фратер.
- Считайте это неприлично щедрым авансом, - хмыкнул Практик, протягивая ему один из топоров. – Второй получите по завершению нашей миссии. А возможно, что и нечто большее.
- Надеюсь, это «большее» не будет надгробным камнем на моей могиле, - хмыкнул Фратер.
На языке вертелась подходящая этому моменту песенка…
- Не переживайте, - натянуто улыбнулся Практик. – В крайнем случае превращу вас в боевую нежить.
И как-то резко не до музыки стало…
Когда-то это место, расположенное в самом сердце Крепости, использовалось для создания самых могущественных заклинаний, доступных человечеству по воле богов.
Даже название – Зал Жизни – подходило этому просторному помещению как никакое другое.
Древние колдуны умели правильно и точно называть свои сосредоточия силы, отражая их суть в коротких лаконичных названиях.
Упрятанный далеко под основными уровнями постройки, Зал Жизни являлся сосредоточием всей магической мощи, которую вложили строители – древние колдуны – в это место.
Каждый каменный блок фундамента, на котором покоились части Крепости, пропитан магией.
Каждая стена, потолок, пол – все покрыто высеченными в камне петроглифами и витиеватыми узорами магических кругов и пентаграмм.
Прошли тысячи лет, и это место было забыто.
Нет, здесь не обрушились коридоры, ведущие в самое сердце Крепости.
В ней вообще ничего толком не могло быть разрушено – древняя магия сохраняла Крепость в первозданном виде долгие годы.
И будет сберегать ее еще столько же – пока не иссякнет магия, питающая заклинания.
А она – не иссякнет никогда.
Цемент, связывающий эти камни в единую магическую структуру – это кровь и костяной порошок магов, принесенных в жертву ради создания великого строения, призванного стать сосредоточием человеческой власти и величия в Аурхейме.
Зал Жизни оказался не нужен и забыт после того, как были побеждены и уничтожены Практики вместе с их демоническими хозяевами.
Разрушительное колдовство, которое использовали для этого древние люди, более не требовалось.
А без могущественного Дара магии, пройти сюда было невозможно.
Лишь тот, кто обладал могуществом древних колдунов, мог разобраться в хитросплетениях коридоров и галерей, шагнуть туда, где находились скрытые проходы.
Спускаться сюда – словно обращаться к истории, которая давным-давно забыта неучами и глупцами.
Они победили Практиков.
Но они проиграли Практикам.
Человеческих магов стали бояться, а потому, мало-помалу, Зал Жизни утратил свое значение.
