Элдред ничего не ответил, просто сцепил руки за спиной. Алайна тотчас спародировала жест, заставив Эльсвит хихикнуть. Элдред, не видевший девочку, побагровел.
Мой сын принялся за чтение.
– Король шлет мне привет, разве это не любезно? – сказал он. – И говорит, что ты один из его близких советников.
– Так и есть.
– Элдред, тогда это двойная честь для меня. – Утред расплылся в улыбке.
– Лорд Элдред, – поправил его гость, скрежеща зубами.
– Ой! Ты ведь лорд! Совсем забыл! А лорд чего? – Ответа не последовало, и мой сын, все еще улыбаясь, пожал плечами. – Не сомневаюсь, со временем ты вспомнишь.
Он вернулся к чтению, при этом рассеянно отрезая себе кусок сыра.
– Ну и ну! – воскликнул он немного погодя. – Странное дело: мне предписано разместить тебя здесь? Тебя и две сотни воинов?
– Таково желание короля, – произнес Элдред.
– Он так и пишет! И мой отец согласился?!
– Твой отец видит мудрость в желаниях короля.
– Вот как? И в чем же заключается эта мудрость, Элдред?
– Король убежден, что крайне важно защитить эту крепость от любых попыток скоттов завладеть ею.
– С этим утверждением мой отец наверняка согласен. И он считает, что его собственных сил недостаточно для этого?
– Видел я ваших воинов, – дерзко заявил Элдред. – Нечесаные, грязные, не приученные к порядку!
– Стыд и срам! – бодро согласился Утред. – Но драться они умеют!
– Король желает, чтобы Беббанбург был защищен надежно, – настаивал Элдред.
– Ах, как это мудро со стороны короля! – Сын откинулся на спинку кресла и отправил в рот ломтик сыра. – Его нужно защитить надежно, воистину так! Поэтому мой отец добавил свою печать к королевскому письму?
– Разумеется, – напыщенно ответил Элдред.
– И ты собственными глазами видел, как он это делает?
После едва заметной заминки гость кивнул:
– Видел.
– А ты в самом деле лорд, а не простой гонец?
– Лорд.
– Ну, значит, лживая жаба ты, а не лорд, – с улыбкой сказал мой сын. – Жаба, не знающая ни слова правды, бессовестная жаба. Нет, даже хуже: ты – жабий помет, ничего больше. Лживый жабий помет. Мой отец не прикладывал к этому письму своей печати.
– Ты назвал меня лжецом!
– Вот именно!
Элдред, вскипев от гнева, потянулся было к мечу и шагнул вперед, но звук клинков, извлекаемых моими стражами из ножен заставил его остановиться.
– Я вызываю тебя! – бросил он моему сыну.
– Я вызываю тебя! – передразнила его Алайна.
Элдред сообразил, что девочка все еще у него за спиной, а когда обернулся, то увидел, что она повторяет все его движения. Разозлившись, он с силой ударил ее. Алайна вскрикнула и упала на каменный пол.
Я вышел из-за полога.
Один из спутников Элдреда выругался вполголоса, но, за этим исключением, единственными звуками были вой ветра и стук моих шагов, пока я пересекал помост и спускался по ступенькам. Я подошел к Элдреду.
– Ты не только лжец, – сказал я ему. – Ты еще бьешь маленьких девочек.
– Я… – начал было он.
Но не закончил, потому что я ударил его. Меня тоже обуревал гнев, но гнев холодный, и нанесенный открытой рукой удар был рассчитанным, резким и жестоким. Пусть я стар, зато каждый день своей жизни практиковался во владении мечом, а это развивает в человеке силу. Он пошатнулся. Ему почти удалось устоять, но я толкнул его и Элдред упал. Ни один из его людей не пошевелился, что едва ли удивительно, ибо к этому времени в зал ввалилось четыре десятка моих воинов, все в блестящих кольчугах, с начищенными шлемами и с копьями наперевес.
Я наклонился и подал Алайне руку. Храбрая девчушка не плакала.
– Зубы все целы? – спросил я у нее.
Она поворочала языком во рту, потом кивнула:
– Вроде да.
– Скажи, если какого не досчитаешься, – я дам тебе взамен зуб этой жабы. – Я встал над Элдредом. – Не ты лорд Беббанбургский, а я. А теперь, прежде чем мы обсудим письмо короля, отдайте мечи. Все!
Один за одним они передали мечи моему сыну. Только Элдред не пошевелился, и Утред просто вытащил клинок у него из ножен. Я усадил Элдреда и его людей и попросил принести свою печать, сделал оттиск на оторванном от письма Этельстана клочке и показал священнику вместе с печатью на свитке.
– Это одна и та же печать?
Поп уставился на оттиски, явно не горя желанием отвечать на заданный вопрос, но наконец покачал головой.
– Похоже, что нет, лорд, – промямлил он.
– Церковники поднаторели в подлогах, – безжалостно сказал я. – Обычно в делах, касающихся претензий на землю. Они изготавливают документ, якобы подписанный умершим двести лет назад королем, и копию печати бедолаги и заявляют, будто он пожаловал им множество хайдов[4] отличных пастбищ. В Бургеме произошла такая же история – эту печать подделали?
– Лорд, я не знаю, – снова пролепетал поп.
– А вот бессовестная жаба знает, – заявил я и посмотрел на Элдреда, который отмалчивался и избегал встречаться со мной взглядом. – Отважный воин, поднимающий руку на маленьких девочек, он ведь наверняка знает? – Я издевался над ним, а он по-прежнему молчал. – Передай королю, – продолжил я, – что Беббанбург останется моим, что я не заключал союза со скоттами и никогда не заключу.
