Робеpт ХАЙНЛАЙН
ПОВЕЛИТЕЛИ МАРИОНЕТОК
1
Действительно ли они разумны? Я имею в виду, сами по себе. Не знаю и не думаю, что мы когда-нибудь узнаем.
Если это всего лишь инстинкт, мне очень хотелось бы надеяться, что я не доживу до того дня, когда нам придется столкнуться с такими же, но разумными тварями. Потому что я знаю, кто проиграет. Я, вы. Так называемое человечество.
***
Для меня все началось рано утром - слишком рано - 12 июля 67 года: телефон зазвонил так пронзительно, что и мертвый бы, наверно, проснулся. Надо заметить, что наш Отдел пользуется особыми аппаратами; аудиореле имплантировано под кожей за левым ухом и работает за счет костной звукопроводимости. Я принялся было ощупывать себя, потом вспомнил, что оставил аппарат в кармане пиджака в другом конце комнаты.
- Ладно, - проворчал я. - Слышу. Выключи этот клятый зуммер.
- Чрезвычайное положение, - произнес голос у меня в ухе. - Срочно явиться в Отдел.
Я коротко посоветовал, как им поступить с их чрезвычайным положением, но голос не унимался:
- Немедленно явиться в Старику.
Так бы сразу и говорили.
- Иду, - ответил я и резко вскочил - аж в глазах потемнело. Прошел в ванную и ввел под кожу микрокапсулу "Гиро". Пока вибростойка вытрясала из меня душу, стимулятор сделал свое дело, и из ванной я вышел новым человеком - ну почти новым, так скажем. Осталось только прихватить пиджак.
На базу я попал через одну из стоек в туалете на станции метро Макартур. Разумеется, вы не найдете наше заведение в телефонной книге. Строго говоря, нас вообще нет. Выдумка, иллюзия. Еще туда можно попасть через крохотный магазинчик с вывеской "Редкие марки и монеты". Тоже не пытайтесь - вам наверняка постараются всучить там какую-нибудь старинную марку.
Короче, искать нашу контору бесполезно. Как я и говорил, нас просто нет.
Существуют вещи, которые не может знать ни один руководитель государства например, насколько хороша его разведывательная служба. Понятно это становится, только когда она его подводит. Чтобы этого не произошло, есть мы. Так сказать, подтяжки для дяди Сэма. В ООН о нас никогда не слышали, да и в ЦРУ тоже - надеюсь. А все, что о нашей организации знаю я, это полученная подготовка и задания, на которые посылает меня Старик. Интересные, в общем-то, задания - если вам все равно, где вы спите, что едите и как долго проживете. Будь я поумней, давно бы уволился и нашел себе нормальную работу.
Только вот со Стариком работать больше не доведется. А для меня это много значит. Хотя начальственной твердости ему, конечно, не занимать. Этот человек вполне способен сказать:
- Парни, нам нужно удобрить вот это дерево. Прыгайте в яму, и я вас засыплю.
Мы прыгнем. Все как один.
И если будет у него хотя бы пятидесятитрехпроцентная уверенность, что это Дерево Свободы, он похоронит нас заживо.
Старик поднялся из-за стола и, прихрамывая, двинулся мне навстречу с этакой зловещей ухмылкой на губах. Большой голый череп и крупный римский нос делали его похожим то ли на Сатану, то ли на Панча.
- Привет, Сэм, - сказал он. - Мне, право, жаль, что пришлось вытащить тебя из постели.
Черта с два ему жаль, конечно.
- У меня отпуск, - коротко ответил я.
- Верно, и ты все еще в отпуске. Мы отправляемся отдыхать.
У Старика весьма своеобразные представления об отдыхе, поэтому я, разумеется, не поверил.
- Ладно. Теперь меня зовут Сэм. А фамилия?
- Кавано. А я теперь твой дядюшка Чарли. Чарлс М.Кавано; пребываю на заслуженном отдыхе. И познакомься - это твоя сестра Мэри.
Я, как вошел, сразу заметил, что он в комнате не один, но Старик, когда хочет, умеет приковывать к себе внимание целиком и удерживать его сколько нужно. Теперь же я взглянул на свою "сестру" внимательно и невольно задержал взгляд. Оно того стоило.
Стало понятно, почему для работы вместе он назначил нас братом и сестрой: ему так хлопот меньше. Как профессиональный актер не может намеренно испортить диалог, так и агент, получивший инструкции, уже не может выйти из заданного образа. Короче, удружил: такую девушку - и мне в сестры!
Высокая, стройная, но спереди все как положено. Хорошие ноги. Широкие для женщины - плечи. Огненно-рыжие волнистые волосы и, как бывает только у рыжих от рождения, что-то от ящерицы в форме черепа. Не то чтобы красавица, но очень даже симпатичная. И взгляд такой внимательный, оценивающий.
В общем, мне сразу захотелось опустить крыло и пуститься в брачный танец. Наверно, по мне это было заметно, потому что Старик сказал:
- Спокойно, Сэмми, спокойно. Сестра, конечно, в тебе души не чает, и ты ее тоже любишь, но чисто по-родственному. Ты заботлив и галантен до тошноты. Как говорится, старая добрая Америка.
- Боже, неужели все так плохо? - спросил я, не сводя глаз с "сестры".
- Хуже.
- А черт, ладно. Привет, сестренка. Рад познакомиться.
Она протянула мне руку - твердую и ничуть не слабее, чем у меня.
- Привет, братец.
Глубокое контральто! Моя слабость. Черт бы побрал Старика!
