- Согласна, - кивнула девушка. - Я - Веста. Но хватит уже, дай мне просто отлежаться. И спасибо за заботу.
- Ладно, - кивнул он. - Хватит, так хватит, ты взрослая девочка.
Он укрыл ее одеялом и, несмотря на кажущуюся бодрость, Веста почти сразу же уснула в тепле и относительной безопасности. Привычно свернулась калачиком, спрятала нос и засопела.
Едва ее дыхание выровнялось, Рейбэк аккуратно высвободил ее руку из-под одеяла, прошептал заклинание, и игла вновь вернулась на место.
***
Она проснулась через несколько часов, хотя казалось, будто проспала сутки, не меньше. Начинала болеть спина от долгого лежания и голова от всего произошедшего.
Рейбэк спал рядом, в стороне валялся шприц и трубка, из чего Веста заключила, что он все-таки продолжил переливание, когда она уснула. И уйти уже не смог, взял дочь за руку, осторожно укутал одеялом и уснул, очевидно, надеясь проснуться раньше нее и уйти.
Он выглядел очень плохо. Не то чтобы постаревшим - для некроманта пятьдесят лет не были критичным возрастом, скорее, он смотрелся изможденным.
Веста, совершенно ничего не понимая, смотрела на отца. Как можно одновременно и помогать и ненавидеть? Почему он то кажется стопроцентным подонком, то спасает ей жизнь и даже вроде как демонстрирует какие-то чувства?
Ей вдруг вспомнились далекие и теперь кажущиеся нереальными моменты из детства. Почему-то все сказки ей читал отец, и перед сном он ей спокойной ночи желал, и гулять водил он. Мать она почти не помнила, лишь некоторые отрывки из детства, которое закончилось всего лишь в шесть лет. Веста вспомнила мягкий голос отца, как он успокаивал ее после очередной "страшилки" и как она буквально на следующий вечер требовала рассказать новую, после которой опять бежала к отцу, прятаться от грозы, чьих-то шагов или страшных теней. Сейчас она теней не боялась, но почему-то желание спрятаться ее не покидало. Будто подслушав мысли дочери, Рейбэк ее обнял. Тут же раздался раскат грома, и Веста вздрогнула: давно она не слышала в этом мире звуков. Почему-то вокруг этого дома все было иначе. И ветер завывал, и гроза бушевала, и даже снежинки летали, как она успела заметить, выглянув в окно.
- Испугалась что ли? - усмехнулся Рейбэк. - В двадцать шесть грозы боишься.
- Грозы в мертвом мире? - хмыкнула Веста. - Да, боюсь.
- Ты сильная девочка, переживешь. Мне понравилась твоя речь, когда я уезжал из университета. Ты ведь потом пошла учиться к Дерку, да?
- Ага. Он, конечно, та еще рептилия, но неплохо меня натаскал. По крайней мере, мне больше не надо оживлять кактусы, чтобы от кого-то отбиться.
- Да уж, с ботанической магией ты переборщила, - чуть улыбнулся Рейбэк. - Зато было весело. Я наслышан о твоих подвигах. На самом деле, ты невероятная. Столько времени скрываться под чужим именем... Я ведь действительно случайно тебя нашел, специально даже не пытался, хотя и знал, что ты осталась в Лесном. Не скажу, что не искал, но после твоего выпуска из приюта, следы терялись.
- Ну, извини, - проворчала Веста.
Она немного помолчала, прислушиваясь к собственным ощущениям.
- Может, объяснишь все-таки? Что происходит? И почему вдруг ты нам помогаешь?
Подумав, Рейбэк ответил:
- Знаешь, когда ты была маленькая, ты постоянно болела. Кошмар какой-то, после каждой прогулки лежала с температурой и зелья не спасали. А гулять с тобой надо было - ребенок, как-никак. И я стал давать тебе витамины перед каждой прогулкой. Они помогали и, хотя ты все равно кашляла, сильно не болела. Эти витамины были в форме таких зеленых травяных шариков, которые нужно было рассасывать. Я помню первый раз, как давал тебе эту штуку, потратил часа два. Уговаривал, обещал чего-то, а ты ни в какую. Не помню как, но мне удалось тебя уговорить съесть это чудо лекарской мысли. Ты кривилась, стонала, но ела горькую гадость, а потом вдруг обрадовалась. Помнишь, почему?
- Они внутри сладкие были, - улыбнулась Веста. - Со вкусом клубники.
- Да, там была клубника. В сочетании с мятой она дает интересный эффект. Если знать, как приготовить. Ты дошла до клубники и радостно стрескала витаминку, едва ли не потребовав еще. А потом мы с тобой гуляли два часа, и кашель лечили всего пару дней. Такие приемы скоро стали привычными.
- Я помню, - сказала Веста.- Я всегда долго отказывалась, а потом, дойдя до сладкого, думала, какая же я дура. Каждый раз. И зачем ты мне все это рассказываешь?
- А затем, что этот пример наглядно иллюстрирует если не мои мотивы, то хотя бы линию поведения. Примерную.
- Не поняла, - вынуждена была признаться Веста.
- Я ненавижу тебя. Ты кажешься мне глупой, безответственной, наглой, и так далее, по списку. Но это пока ты жива и здорова. Пока бегаешь где-то там, у себя, пытаешься мне мешать. Я буду отпихивать тебя в сторону. Но умереть не дам. Ты моя дочь, Веста, Элла или как ты там себя называешь. И смерти я тебе не желаю.
- А двадцать лет назад? Что это было? Если сейчас ты мне смерти не желаешь, что, в принципе, совпадает с твоими действиями, тогда объясни события моего детства.
Мужчина приподнялся и внимательно посмотрел на дочь.
- Уверена?
