Третий день с неба течёт вода, очень много течёт воды. Говорят, так должно быть здесь, говорят, это как всегда, но я никак не привыкну, что такова зима в Лесу.
Сезон Дождей…
Я лежал, глядя, как в зелёной занавеси окна падают сверкающие капли. Нан сонно завозилась рядом. Я положил руки на её висок, где выделялись белые треугольные шрамики. Запрос на имплантированный компьютер – будильник – перевести на полчаса, пусть спит.
Осторожно встал, накрыл девушку одеялом, потянулся. Спали мы на той половине домика, что висела над бездной. Здесь «квартира» напоминала круглую корзину из нетолстых живых ветвей. Другая половина была врезана в кору гигантского дерева и была похожа на пещеру.
Небольшой дом казался просторным из-за отсутствия мебели. Кровать – возвышение, застеленное ковром из мохнатого мха, похожего на шкуру неведомого зверя. Окна и двери по необходимости формируются в любой стене. Так же можно было создать столы, стулья, полки, шкафы, всё, что угодно, дом произвольно менял себя, сообразуясь с желаниями хозяев…
Вот только полки и шкафы вэйри не нужны, у них почти нет личных вещей. Вэйри владеет лишь тем, что ему действительно необходимо. Одежда, оружие. А что ещё надо?
Я наступил ногами на свою одежду, и она самостоятельно наделась на меня. Жёсткая ткань, пропитанная магией и густо поросшая живыми зелёными побегами. Когда человек в такой одежде стоит не шевелясь, не всякий глаз может его заметить. А если задействовать Плащ Теней, то счастливый обладатель живой формы «хаки» становится почти невидимкой.
Рядом лежал меч-катана. Изящная светлая полоса клинка словно светилась, треугольное плетение на рукояти, цуба без украшений. Я протянул руку и коснулся пальцами рукояти.
Меч стал плавиться, превращаясь в аморфную металлическую массу, поднимался по моей руке, залезая в рукав. Оплёл предплечье и застыл, обратившись наручем.
Трёхметровая лоза петлями свернулась на полу возле нашего ложа, иногда шевелила жёсткими ромбическими листьями. Почуяв моё прикосновение, вздрогнула, подняла кончик – словно глянула вопросительно. Я кивнул, и лоза самостоятельно скользнула мне на пояс, обмоталась вокруг тела.
Приподняв край кровати, я подпрыгнул от неожиданности. Чтоб тебя!.. Никак не привыкну.
– Брысь! – велел сдавленным от перепуга голосом. Красно-чёрная полосатая змея дрогнула, отцепилась от моего стрелкомёта и поползла прочь.
Я проводил её чертыханием, наклонился и вытащил из ниши стрелкомёт, надел на предплечье, закрепив ремешками. Округлая коробочка длиной с ладонь, с небольшим дулом, подключилась к моей нервной системе и импланту и отрапортовала. Ага, аккумулятор полностью заряжен – полосатая лиана как раз и была шнуром подключения к электрической системе посёлка.
Дверной проём был заплетён тонкими зелёными ветвями. Преграда выглядит несерьёзной – а попробуй-ка прорвись через неё. Я бросил мысленный приказ, побеги расплелись и дверь открылась.
Где-то утро уже вошло в свои права, но в лесу лучи здешнего солнца лишь подсветили вершины деревьев, одев их рассветным золотом. Внизу плавал утренний туман, обвивался вокруг колонн исполинских деревьев посёлка Хидон.
Я вышел на «крыльцо» нашего домика, площадку шириной в два шага, от которой вела узкая воздушная тропа. Был ещё один проход, обычная лестница в коре дерева, но я пытался укротить свой страх перед высотой и чаще ходил снаружи. В посёлке Хидон основная часть населения жила высоко над землёй, в крохотных домишках, расположенных на ветвях деревьев и в огромных дуплах и соединённых между собой площадками и переходами, лестницами, мостками, канатными дорогами, тарзанками и прочими путями воздушного сообщения.
Пространство между деревьями было заштриховано мелким зимним дождём, но под самими лесными исполинами сухо. Я постоял на крыльце, выдыхая пар, накинул на голову капюшон и шагнул в пропасть.
Лоза проворно скользнула с пояса, охватила ноги, другим концом зачалилась за сук. Меня дёрнуло и кувыркнуло, я повис вниз головой. Проследил, как где-то подо мной страховочная лиана высунулась, готовая словить падающего, помедлила и скрылась в листве, сообразив, что тревога была ложной. Я закинул руки за голову и принялся качать пресс, поднимая-опуская тело.
Десять… посёлок, кажется, ещё спит, но я знаю, что за мной наблюдают десятки глаз… двадцать… самый юный и самый странный волшебник клана не перестаёт удивлять Хидон… тридцать…
На тридцать третьем из домика выскочила заспанная Нан. Она продрала глаза, гневно зыркнула на меня, взобралась повыше, зацепилась ногами за ветку и тоже принялась отжиматься, стараясь угадать в мой ритм.
Сорок… сколько раз ни говоришь девчонке, всё одно никакого толку… Пятьдесят… пытается успеть за мной… шестьдесят… не слабачка, но за мной три года занятий у самого злого тренера всея Питера…
