В стороне стояли Крейгорн и Венгот и задумчиво следили за происходящим. Крейгорн, конечно, пылал возмущением, ибо бой нельзя было устраивать без его предварительного разрешения. Обратившись напрямую к Эзархаду, демоница грубо нарушила субординацию и теперь могла дорого за это поплатиться. Венготу же было просто интересно, кто возьмет верх. Он никогда не упускал возможность понаблюдать за рукопашной, извлечь какие-то уроки, запомнить неизвестные раньше приемы и открыть для себя новые грани искусства кровопролития.
Две оборонявшиеся демоницы уже валялись на земле: одной из них искромсали ногу, а другая ослабела от множества мелких ран. Пока они корчились на камнях, три победительницы повернулись и посмотрели на стоявшего на возвышении Эзархада. Доносчица улыбнулась, явно гордясь содеянным. Судя по всему, она рассматривала двух поверженных демониц как подношение своему господину.
— Ну вот! — громко сказала она. — Теперь, о повелитель, ты можешь обрушить свою карающую десницу на этих предательниц!
Так мило с ее стороны! Эзархад чуть не улыбнулся.
— Крейгорн! — громовым голосом позвал он.
— Слушаю, мой повелитель! — ответил снизу рогатый гигант.
— Повелеваю умертвить этих нарушительниц спокойствия. Всех пятерых скормить воинам. Я не потерплю ни предательства, ни внутренних распрей. Понятно?
Глаза демоницы в недоумении округлились. Она не верила своим ушам. Прежде чем она успела запротестовать или вознегодовать, остальные набросились на троицу злополучных подруг.
Раздались истошные вопли и душераздирающие крики, но скоро они затихли. Эзархад с довольным видом смотрел на все это и отвернулся только тогда, когда окровавленные тела разделали на куски и стали готовить сытный ужин.
— Такая жертва всем понравилась, — негромко сказал Эзархад Уничтожитель Судеб самому себе. — Твои воины наконец-то поедят и восстановят силы. Теперь некоторое время они будут тебе верны.
Однако численность войска уменьшилась. Тридцать семь минус пять — всего тридцать два… Впрочем, какая разница! Когда Эзархад пробудит и подчинит своей воле Кетраксис, все это не будет иметь ровным счетом никакого значения!
Внезапно в воздухе что-то поменялось.
Странное ощущение напоминало покалывание на коже перед ударом молнии. Холодный и сырой горный воздух пах теперь по-другому. Он стал живым, напряженным, даже как будто горелым. Внизу, где копошились воины его отряда, ликуя и радуясь расправе над бывшими боевыми подругами, стал подниматься ветер. Со своего возвышения Эзархад даже видел, как дождевая морось внезапно стала закручиваться в водяные жгутики или даже брызгать в стороны, словно ветер взбесился и старался дуть во всех направлениях сразу. Вначале никто в лагере ничего не замечал. Воины увлеченно потрошили демониц, купались в их крови, а также делили остатки одежд и драгоценностей. Они по-звериному рвали зубами еще теплую плоть, а некоторые, вооружившись чем-нибудь острым, аккуратно срезали мясо с костей.
Однако вскоре перемену ощутили все. Странная пляска ветра совсем не походила на обычный поток холодного воздуха с заснеженных вершин. Внезапно один из шестиногих дьяволов захрипел и стал метаться из стороны в сторону, словно пораженный невидимой силой. Раздался треск — и несколько сбившихся в кучу демониц завопили и подлетели вверх, словно в них попал какой-то разрывной снаряд.
Потом ударила молния.
Эзархад сразу понял, что всему этому могло быть только одно объяснение: творилась сильная магия. Он не знал, что последует за трескучими пучками фиолетовых молний и блестящими энергетическими призмами, засиявшими среди дождя в сумерках царства Хиш, но понимал, что ничего хорошего это не сулит…
— Быстрее, болваны! В укрытие! — закричал он и стал проворно спускаться по склону, размахивая всеми четырьмя руками. — В укрытие, я сказал!
Ненастье усиливалось очень быстро. В воздухе вспыхивали и гасли тонкие разветвленные молнии и пульсирующие шары плазмы. Воины Эзархада наверняка решили, что им предстоит сразиться с отрядом Грозорожденных Вечных, которые часто путешествуют по миру с помощью молний, но сам Эзархад понимал, что это навряд ли. Нападение Грозорожденных предвещали мощные белые вспышки, а сейчас в воздухе мелькали тонкие фиолетовые сети, напоминавшие паутину. Впрочем, разряды сопровождала оглушительная канонада, от которой сотрясался весь горный перевал, окутанный страшным свечением. Слуги Эзархада улепетывали подальше от центра каменистой площадки, на которой стоял их лагерь, потому что молнии били туда с удвоенной силой, превращая все вокруг в кромешный ад. Финальным аккордом этого светопреставления стала ослепительная вспышка в сопровождении оглушительного грохота и мерзкого запаха серы. Все отшатнулись и зажмурились.
