У него была секунда, чтобы окинуть взглядом воинов своего отряда: они столпились вокруг и ждали, кто одержит верх, однако не подбадривали никого — хотя бы на это у них хватило ума! Ясное дело, в этом поединке победит тот, кто превзойдет другого в силе и коварстве — ибо истинный слаанешит никогда не полагался на что-то одно. А если поддаться азарту схватки и выказать поддержку кому-либо из соперников, то победитель жестоко расправится с глупцами, которые неверно выбрали сторону.
«Ну что ж! — подумал Эзархад. — Вам подавай силу и коварство, так сейчас вы их получите!»
Крейгорн пришел в себя. Из-под уродливых кустистых бровей смотрел только один глаз — другой выбили молнии еще в начале схватки. Щеки наполовину прогорели, под ними белели кости нижней челюсти. Великан яростно сверлил Эзархада уцелевшим глазом и неистово скрежетал зубами. Он сплюнул под ноги, воздел меч и прорычал:
— Ты — жалкий слабак, Эзархад Уничтожитель Судеб! Ты подло врал нам и пользовался нами, но всему приходит конец! Сейчас я освобожу этих глупцов от твоей поганой власти и отведу их к Асториссе. Уж она-то не будет дурно обращаться с нами, но вознаградит по заслугам!
Эзархаду стало смешно.
— Не будет? Крейгорн, дружочек, ты понятия не имеешь, на что решил променять свое счастье!
Крейгорн бросился в атаку, зазвенела сталь. Эзархад отбил изукрашенным мечом три сильных удара подряд — каждый из них был мощнее и яростнее предыдущего. Эзархад отступил и приготовился ткнуть Крейгорна в незащищенный бок, но великан внезапно изменил тактику: он кинулся вперед, протянул ручищу и толкнул противника.
Эзархад стал валиться назад, однако чудесным образом извернулся и устоял на ногах.
Крейгорн поднял меч и сделал три длинных шага вперед, собираясь прикончить врага одним ударом.
Сейчас или никогда! Эзархад отбросил клинок, воздел руки и обрушил на Крейгорна остатки своей магической силы. Из его верхней пары рук с шипением ударила молния, а нижняя пара стала изрыгать струю огня. Напор смертоносных стихий отбросил Крейгорна назад и впечатал в каменистую землю, рогатый великан загорелся. Эзархад уже был тут как тут и направлял ураган энергии в поверженного предателя, пока на том не начали плавиться доспехи.
В дыму и пламени, в сияющей паутине молний Крейгорн поджаривался заживо, орал и корчился в судорогах.
Эзархаду надо было прерваться. Он чувствовал, как иссякала энергия, но нужно было оставить еще немного — на случай если после смерти Крейгорна кто-нибудь захочет продолжить его дело!
«Пусть смотрят! Они должны знать, что так будет с каждым предателем!»
Наконец Эзархад остановил поток хлещущей энергии. Останки Крейгорна бесформенной дымящейся кучей валялись на земле. Все остальные в ужасе и восторге смотрели, как их повелитель, наследник трона Слаанеша, Эзархад Уничтожитель Судеб, окровавленный, измученный и уставший, торжествующе выпрямился над изуродованным трупом врага.
За целый день отряд альвов успел пересечь речную долину и к наступлению сумерек поднялся к входу в затерянное ущелье. Перед ними, как жадная пасть, разверзлась глубокая и темная расселина между двух высоких отвесных скал, мало чем напоминая земли царства Хиш. Это был Шрам Миталиона.
Путники молча уставились во мрак ущелья, на притаившиеся в глубине зловещие тени. Там царила мертвая тишина, не чувствовалось ветра. Хотя ночи в царстве Хиш были светлыми, все понимали, что в Шраме Миталиона будет так же темно, как в глубокой пещере, и, наверное, гораздо опаснее.
— Может, стоит подождать? — осторожно предложила Меторра.
— Некогда ждать, — заявил Сераф. — Наш враг рвется к своей цели, и мы тоже должны спешить!
— Сераф прав, — поддержал своего товарища Дезриэль. — Путь сквозь ущелье будет нелегок, но лучше его не откладывать.
— А длинное оно? — спросил Ферендир.
Он всегда был готов бросить вызов любым трудностям и преодолеть любые лишения, если знал заранее, сколько придется терпеть. Легче приготовиться к испытаниям и сосредоточиться в процессе, когда имеешь возможность сказать себе: «Потерпи, уже недолго осталось». Однако ни Сераф, ни Дезриэль не могли ответить на его вопрос.
— Никто толком не знает, — пожал плечами Дезриэль. — Кто-то говорит, что это ущелье можно пройти за три дня, кто-то уверяет, что за пять, другие рассказывали про два дня…
— Прекрасное место для засады, — пробурчал Таурвалон, осматривая темную впадину.
— Да! Согласен! — кивнул Сераф.
— А другого пути нет? — спросила Фальцея.
— Есть, — ответил Дезриэль, — но этот путь самый короткий. Кроме того, по нашему с Серафом мнению, лучше столкнуться со здешней магией и испытать на себе дурную славу этого ущелья, чем подвергаться риску атаки где-то еще. Если повезет, мы достигнем Берлоги Кетраксис раньше нашего врага. А если люминетка-хранительница, оберегающая покой Кетраксис, сумеет хотя бы ненадолго задержать Эзархада, мы поможем не допустить его внутрь.
