– Где мужчина? – прошипел он. – Дайте его мне!
Пожилая женщина, полнота которой уже перешла в дряблость, так что краска на ее лице выглядела вдвойне гротескно, осмелилась на него взглянуть. Пот выступил на ее лице.
– Кого вы ищете, господин? И чем мы вам можем помочь... – Ее голос осекся под взглядом пылающих жарким огнем глаз.
Темный эльф взмахнул рукой. Один из стражей шагнул вперед, при этом разворачивая в руках что-то белое. Перед лицами присутствующих появились черные буквы и изображение. Это был портрет не очень хорошего качества, но, кто там изображен, понять было можно.
Мужчина с кожаным клапаном на глазу и густо разросшейся бородой.
Фыркающая голова незнакомца показалась из воды.
– Достаточно... хватит! – сплюнул он.
Горбац усмехнулся. Голова его жертвы снова погрузилась в ледяной бурный поток.
– Прекрати, Горбац! Ты его погубишь, – вскрикнул Альдо.
– Я его отрезвляю, как это делают в легионе, – услышал он в ответ.
Несомненно, больг знал толк в таких вещах. Из воды снова вынырнуло полное бородатое лицо. Теперь оно выглядело значительно чище. Светло-русая, уже слегка седоватая борода окаймляла его. Кожаная повязка, прикрывавшая левый глаз, резко нарушала симметрию лица.
– Перестань! – простонал мужчина. – Пожалуйста!
Горбац отпустил его.
Они находились в тени речного склона, за последними домами.
Поскольку никто из спутников даже не предполагал, где они очутились, им пришлось ориентироваться по шуму реки, на берегу которой нашлось достаточно укромное место. К счастью, городок был не такой значительный, чтобы быть окруженным стеной или какими-либо иными укреплениями.
– У меня такое чувство, что я уже здесь когда-то был и... не был, – заметил Бурин.
– У меня тоже! – согласился Гилфалас.– Только мне кажется, что я вижу все более ясно, чем прежде.
Незнакомец тем временем пытался вытряхнуть воду из ушей. Он выглядел теперь если не трезвым, то, по крайней мере, не таким пьяным.
– Она так всегда делает, эта шлюха, – сказал он вместо приветствия. – До тех пор пока звенят монеты в кошельке, она ласковая, как козочка. Зато потом... Ах, бабы! – Он отряхнулся.
Меж тем становилось все светлее. Лучи восходящего солнца сверкали на воде и окутывали стены домов в теплый свет.
Бородатый человек прищурил здоровый глаз, когда солнце осветило ему лицо, но, вероятно, главной причиной тому было удивление.
– Гном и эльф,– произнес он.– И какой-то малыш. Откуда вы взялись? – Затем его голос внезапно стал резким: – И что делает здесь боллок?
– Больг, – поправил его Бурин. – Его зовут Горбац. Это он вытащил тебя из грязи, когда пришла стража. Мое имя Бурорин, сын Балерина, сына Белфорина из рода Брегорина. А это – Гилфалас Элохим, король эльфов, ну а этого фолька зовут Альдерон из Альдсвика. А как твое имя?
Человек с повязкой тупо уставился на него. Выглядело это так, будто он хотел во всем разобраться.
– Я должен вас поблагодарить за то, что вы меня спасли, – произнес он. – Ладно, если речь идет о моем имени, то я – рыцарь из Туриона, и когда-то моему роду принадлежала вся эта местность. Чего, конечно, теперь не скажешь. – С ироничной ухмылкой он указал на свои лохмотья.
Бурин нахмурил лоб, в выражении его лица ясно читалось ужасное предположение, но Гилфалас опередил его.
– Талмонд Турионский? – спросил он.
Теперь пришла очередь незнакомцу нахмурить лоб:
– Откуда вы знаете мое имя? Каким образом я сделался известен в землях гномов и эльфов?
Теперь уже Альдо не мог удержаться:
– Талмонд Могучий, я слышал о вас и о ваших подвигах еще в школе. Учитель нам даже задал выучить наизусть старинную балладу.
И он запел высоким чистым баритоном:
Его голос прервался.
– Как там дальше? Вы поведете свободные народы в бой против могущества тьмы... или повели... – Он запутался во временах.
Человек, который назвал себя Талмондом, посмотрел на него с нескрываемым удивлением. Затем он с силой почесал бороду, раздавив при этом явно не одну блоху.
– Мне кажется, ваш друг не в себе. Должно быть, он перегрелся,– проворчал он.
Бурин попытался спасти ситуацию:
– Мы пришли из одной очень далекой страны, господин Талмонд, и там рассказывают странные истории об Империи...
Сразу же он сообразил, что Империя не существует вообще в этом времени. Талмонд поднялся. Теперь, при дневном свете, он казался больше и мощнее, чем прежде. Его внушительный живот округлился над глубоко сидящим ремнем.
– Это безрассудно – идти против темных властителей, и, разумеется, у меня нет никакого желания делать это. И простите меня, уважаемые, но сейчас я должен расплатиться в известном вам притоне.
Альдо повернулся к Бурину:
– Но он не может просто так взять и уйти, как будто ничего не произошло. Он – герой, а герои в легендах так не поступают.
