– Вы чего орете на весь Центр? – недобро оглядывая обоих, спросил он.
– Они больше не будут, – сказала Ирка, вдруг выныривая у него из-за спины.
Она наклонилась к окошку банкомата, посмотрела на цифры, пожала плечами.
– Ничего удивительного. Насчет финансов они всегда отлично соображали… – И нажав кнопку отмены, сунула карточку Богдану. – Мы уже уходим, – бросила она охраннику, подхватывая ребят под руки.
Тот с подозрением глянул на красную, зареванную Иркину физиономию, но промолчал.
– Судя по воплям, вы опять друг с другом разговариваете? – сухо спросила она.
– Он говорит, что у меня паршивый характер, – пожаловалась Танька.
– Да ладно, я привык, – великодушно объявил Богдан. – Зато с тобой прикольно. И похудела ты классно.
Танька прерывисто вздохнула – и повисла у Ирки на руке, словно ее плохо держали ноги.
– А еще он говорит, что Дина все время врет! – возможность сказать про златовласку гадость, да еще при полной поддержке Богдана, доставляла ни с чем не сравнимое удовольствие. – А еще, помнишь, ты с «близнецами» говорила, чего-то там не бывало тысячу лет, со времен Элинаса, короля Альбы. Я вспомнила, кто такой Элинас – это же отец ведьмы Мелюзины.
– Не в том дело, кто у нее отец – проблема в том, кем была ее мать, – рассеянно бросила Ирка, оглядываясь по сторонам, точно искала кого-то. Не обращая внимания на напряженно задумавшуюся Таньку, выпалила: – Богдан, а куда ты Дину дел?
– Это она меня дела! Она половину здешних магазинов скупила, ей денег не хватило – попросила меня с карточки снять. По-моему, она, как наши пенсионерки, банкоматов боится, – сказал Богдан. – Обещала на первом этаже возле девчоночьих шмоток ждать.
– Кто-нибудь телефон «близнецов» знает? – хватаясь за мобилку, спросила Ирка.
– Они с Мыколой и Вуком, – обронила Танька. – А матерью Мелюзины была, кажется… – Для нее было делом чести вспомнить – а то что за дела, обычно она все знала и обо всем догадывалась, а насчет змеев оказалась какая-то неграмотная!
– Вызванивайте их, – неловко перехватывая мобильник одной рукой, нервно пробормотала Ирка. Вторую она почему-то все время держала на груди, словно сжимала что-то, спрятанное под курткой. – Покажешь, где этот магазин, – и сразу убирайся оттуда! – скомандовала она Богдану.
– Ирка, ты чего мной командуешь, как будто ты сержант, а я новобранец? – удивился он.
– Ты не понимаешь! – выпалила Ирка и звучно шмыгнула носом. – Пусть богатыри сами выполняют свою работу, а вам с Танькой надо уходить, – она слабо улыбнулась. – Тем более, вы вроде помирились.
– А ты с нами уйдешь? – скептически поинтересовался Богдан.
– Где здесь хоть какой туалет? – не отвечая, выпалила Ирка. – Не могу же я в таком виде… А, вот он! – И она со всех ног кинулась к незаметной дверце со схематическим изображением девочки.
Танька и Богдан привычно переглянулись… и у Таньки стало так хорошо на душе. Как же ей этих переглядок не хватало! Следом за Богданом она попыталась догнать Ирку.
Может, она опять реветь собралась? Увидела, что у них с Богданом все наладилось, подумала про Айта. Стоп, а при чем тут гадина Дина? Зачем вести богатырей к магазину, где она ждет? И вот тут Танька наконец вспомнила, кто мать ведьмы Мелюзины!
– Ирка, Ирка! – с криком кинулась она вдогонку. – Матерью Мелюзиы была…
– Что такое? – одновременно пробормотала Ирка, дергая не открывающуюся дверь туалета. Не мог же там кто-то запереться, даже в самой маленьком общественном туалете не меньше двух кабинок! В конце концов, ей надо умыться! Ирка снова дернула дверь – со всей дури расстроенной оборотнихи.
Несчастный замок кракнул… и вывалился.
– Мать Мелюзины – Прессина, морская змея! – выпалила Танька.
Дверь отворилась.
Перед зеркалом стояла Дина – и расчесывала свои роскошные золотые волосы. С каждым взмахом украшенного самоцветами гребня из волос ее сыпались извивающиеся змеи – и уползали в отверстие умывальника.
– Ой, ну я же просила не заходить, когда я в ванной! – засмущалась Дина, вместо локона наматывая на пальчик очередную змею. Обычной ее манере «дурочка из переулочка» противоречил холодный, неподвижный взгляд темных глаз – прорезанных ярко-желтым вертикальным зрачком.
– Вообще-то ты в туалете! – растерянно пробормотал Богдан и зачем-то уточнил. – В общественном. А обещала возле того отдела ждать…
