– Она была в опасности! Ее схватили! – кричит Темра на ученого. – О, как раз тогда, когда я начала подумывать о том, чтобы простить тебя за то, что ты хранил секрет о Киморе! И вот я узнаю, что ты пошел дальше и солгал мне о том, где была моя сестра. Как ты мог? Отпусти меня, Зива!
– Не отпущу, пока ты не успокоишься, – говорю я.
– Я успокоюсь, когда получу ответы на несколько вопросов! – кричит она.
Петрик двигает челюстью; думаю, она достаточно сильно его ударила. Я слышу хруст.
– Я пытался защитить тебя, – слабо говорит Петрик.
– Что? – говорит Темра.
Думаю, что она не расслышала его слова из-за своего бормотания и фырканья. Наконец она успокаивается, поэтому я опускаю ее на землю, но готовлюсь вмешаться, если понадобится.
– Ты была так сильно ранена, – объясняет он. – Тебе так сложно далось восстановление. Я не знал, сможешь ли ты справиться с известием, что Зива в опасности.
– О, так теперь я, оказывается, какая-то неженка! – огрызается Темра.
– Нет, никто никогда бы так не сказал! – говорит Петрик. – Но Зива пожертвовала собой, чтобы спасти тебя. Я не мог позволить, чтобы эта жертва была потрачена впустую из-за того, что ты подвергнешь себя опасности, отправившись за ней. Зива бы этого не хотела.
– Ты имеешь в виду, что ты бы этого не хотел, – выплевывает ему в ответ. – А как насчет того, чего хотела я? Я заслуживала правды!
– Я знаю тебя. Ты бы не смогла ничего с собой поделать и поехала бы через всю страну, чтобы напасть на Рависа. Ты не можешь справиться с армией в одиночку. Не можешь…
Прежде, чем я успеваю отреагировать, она снова бьет его.
– Ненавижу тебя, – говорит она, уходя.
У Петрика снова идет кровь из носа. Он стоит, сгорбившись.
– Петрик, – говорю я. – Спасибо. Правда. Ты спас ее.
А потом я следую за Темрой.
Я мало что видела в замке Скиро, когда была здесь в первый раз. Мои мысли были сосредоточены на спасении Темры и ни на чем другом.
Но теперь я иду вслед за своей сестрой по незнакомым коридорам. В отличие от пустоты замка Рависа, замок Скиро даже чересчур украшен. Камень покрывают гобелены и ковры. Стены украшены портретами, и мне жутко интересно, не являются ли какие-нибудь из них волшебными порталами в разные далекие места. Подпись художника та же – сложная путаница букв, которую я никак не могу прочесть.
Каждое пустое пространство заполнено. Животные, пейзажи, все яркое и цветущее. Скиро – любитель всех видов искусства, и это заметно в каждом уголке его замка. Он любит созидать, а не разрушать. Он ни за что не будет готов к той битве, которую ему готовит Равис.
Темра входит в свои комнаты, оставляя дверь открытой, чтобы я могла последовать за ней.
Когда мы покидали Лирасу, мы не взяли с собой ничего, кроме предметов первой необходимости. Никаких личных безделушек или сувениров, так что у Темры не было ничего из нашей прошлой жизни, чтобы украсить комнату в замке. Но ее стены заставлены книгами – держу пари, подарками от Петрика, – а к одной из стен недавно прикрепили стеллаж с оружием.
Она слишком зла, чтобы сразу говорить о том, что произошло, поэтому, пока она ходит взад и вперед по своей комнате, бормоча про свою ярость, я молча купаюсь в ванной.
Как только я умываюсь и надеваю одолженную одежду, то говорю Темре, что ухожу проведать Келлина. Как бы мне ни хотелось остаться, я уже знаю, что она в безопасности.
Теперь мне нужно знать, как дела у Келлина.
Когда я нахожу его, он без сознания, но тоже умыт, и в его руке нет стрелы, что должно быть хорошим знаком. Серута стоит над ним, протянув пальцы к ране.
Я не говорю ни слова, чтобы не нарушить ее сосредоточенность.
Вместо этого я подхожу к Келлину с другой стороны и беру его за неповрежденную руку.
– С ним все будет в порядке, – говорит целительница с закрытыми глазами. – Я избавилась от инфекции. Все, что теперь осталось, – это восстановить мышцы и кожу.
– Спасибо, – говорю я.
– Нет, тебе спасибо, – отвечает она. – Ты спасла меня. Это меньшее, что я могу сделать.
– Ты вылечила мою сестру. Думаю, что я все еще у тебя в долгу.
Она качает головой и широко раскрывает свои темные глаза.
– Это то, чем я занимаюсь. То, что я люблю. Конечно, ты меня понимаешь. Я довольно много слышала о тебе с тех пор, как вернулась. Ты работаешь с металлом так же, как я работаю с плотью. Надеюсь, ты не возражаешь, что Петрик рассказал мне. Как только он заговорил… на самом деле он начал извиняться за то, что раскрыл тебе, кто я такая, и, думаю, он почувствовал необходимость сравнять счет.
Я пожимаю плечами.
– Я не против, что ты все знаешь.
Я наблюдаю, как под тщательным присмотром Серуты плоть Келлина снова срастается.
– Твои способности более впечатляющие, чем мои.
– Это не соревнование.
– Нет, но ты спасаешь жизни, в то время как я, кажется, могу лишь разрушать их.
Закончив, Серута массирует свою левую руку правой.
– Я бы поспорила. Думаю, есть сотни людей, которые указали бы на обратное. Я уверена, что твое оружие спасло в таких ситуациях, о которых ты и подумать не можешь. Единственная разница между тобой и мной заключается в том, что я могу видеть результаты своей работы воочию.
