Я ненавижу все это. Ненавижу, что он прав. Ненавижу, что так много всего происходит, что вокруг такой хаос. Это
– Уверен, ты хочешь увидеть, как Темра пройдет через портал, – наконец произносит Келлин.
Он точно знает, что сказать, чтобы заставить меня двигаться быстрее.
Мы ныряем в замок, но Скиро и Петрик так далеко впереди нас, что уже скрылись из виду. По пути к лестнице мы с Келлином отражаем еще несколько атак.
А потом Келлин оглядывается через плечо. Я вижу, как его брови ползут вверх, и он быстро затаскивает меня в какой-то темный уголок между книжным шкафом и пространством под одной из лестниц.
Кровь пульсирует в ушах, из каждой поры льется пот. И все же Келлин накрывает мое тело своим, отталкивая нас в угол помещения так, чтобы меня никоим образом нельзя было разглядеть. В этом жесте нет ничего романтичного. Это выживание. Я прикрываю рот руками, чтобы успокоить свое сбивчивое дыхание. Я в ужасе от вкуса засохшей крови на моей коже.
Замок полон топота ног, но я сразу же замечаю самые громкие звуки, которые стихают, когда достигают громкого крещендо, что может означать только то, что эти люди прямо рядом с нашим укрытием.
– Ты хочешь сказать, что выторговала свою свободу за убийство десятков моих солдат?
Мое тело напрягается – это голос Рависа.
– Тебе следовало подождать меня, прежде чем нападать. Я бы избавила тебя от потери стольких людей.
Поняв, что его собеседник – Кимора, я впадаю в еще больший ступор.
– Это ты стала причиной потерь!
– И, если бы я была по правую сторону от стены, Скиро незамедлительно проиграл бы.
– У меня не было времени ждать тебя. Тебя не было столько недель! Я думал, ты мертва.
Кимора усмехается:
– Меня не так-то легко убить.
– Да, тебя всего лишь схватила и протащила по Чадре группа подростков.
– Я слышала, что те же подростки взяли над тобой верх. Обезвредили тебя и всю твою стражу одним мечом.
– Это из-за этой проклятой девки. Когда я доберусь до нее…
– Ты ничего не сделаешь. Она нам нужна.
– Какого черта. У нас численное превосходство. Мне надоело пытаться добиться чего-то от этой девочки-кузнеца.
– С ней просто надо обращаться осторожно и давать правильную мотивацию. Она больше не возьмет над нами верх.
– Потому что будет мертва.
– Равис, прояви здравый смысл. Даже если у тебя будет трон, тебе нужны ресурсы, чтобы удержать его.
– Это то, для чего мне нужна ты. Я восстановлю тебя в должности генерала моей армии. А сам буду править как король. Таков был уговор. Не моя вина, что ты сорвала план, сделав крюк и потратив время на этого волшебного кузнеца. Если бы ты раньше объединила своих людей с моими, мир уже был бы нашим.
– Вместо этого ты принял Элани и моих людей в свои ряды, – говорит Кимора, ее голос опасно понижается.
– Им нужны были деньги, чтобы прокормить свои семьи. Я предложил им работу, – говорит он в свою защиту. – Что сделано, то сделано, но я не позволю тебе снова все испортить. Девка умрет. Ее друзья умрут. И мой брат проведет остаток своих дней в тюрьме.
– А что насчет твоего другого брата?
– Бастарда моего отца?
– Мой сын, – говорит Кимора, и по ее тону совершенно ясно, что она думает об использованном Рависом слове.
– Ты можешь убить его или бросить в тюрьму вместе со Скиро. Они могут сгнить там вместе. На самом деле мне все равно. Я просто хочу то, что должно было принадлежать мне с самого начала.
Я чувствую сердцебиение Келлина там, где наши тела прижаты друг к другу. Оно слишком быстрое.
Кимора смеется, и это очень недобрый звук.
– Тебе? – повторяет она с презрением. – Равис, одна из причин, по которой твой отец разделил королевство, заключалась в том, что ты не мог справиться со всей ответственностью самостоятельно.
– Это неправда, и ты это знаешь.
– Ладно. Он сделал это из-за своих собственных ошибочных представлений о любви, но это не меняет того факта, что из тебя получился бы ужасный король.
– Ты следи за собой, военачальница, – говорит Равис. Его голос звучит напряженно, как будто он выплевывает слова сквозь стиснутые зубы. – Я не буду мириться с таким неуважением. Я твой король, и ты окажешь мне почтение, достойное этого титула.
– Ты не король. И, как сегодня стало ясно, уж точно не воин. Ты считаешь, что у тебя есть преимущество перед остальными детьми короля, но что произойдет, когда Северный континент решит, что они хотят заселить наши земли? А как насчет того, что западные острова построят сильную армаду и захотят посмотреть, есть ли у нас что-нибудь ценное?
– Тогда ты будешь бороться с ними. Это твоя работа.
Пауза.
– Да, я так и сделаю, – говорит Кимора. – Чего я никак не могу понять, так это для чего нужен
Еще одна пауза.
– У меня… у меня есть армия! Есть право первородства! Я… я…
Кимора издает скучающий вздох.
