Девушка-полицейский Андреа Флеминг пережила в свое время трагедию – ее бросил возлюбленный. Ей кажется, что она больше никого никогда не сможет полюбить. Но встреча с красивым романтическим бродягой Сэмом Фарли снова зажигает в ее сердце любовь.
В окрестностях Атланты начинал моросить мелкий весенний дождик.
Сэму посчастливилось добраться автостопом до этих мест, и теперь он брел по проселочной дороге. Майский день постепенно угасал. Смеркалось.
С поношенной стетсоновской шляпы Сэму на воротник куртки струйками стекала дождевая вода, а его уже порядком, намокший под моросящим дождем рюкзак нещадно резал плечи. Скоро придется заняться поисками ночлега, но ему не впервой ночевать в каком-нибудь сарае или под деревом.
По дорогам Сэм бродил уже более десяти лет, останавливаясь на месяц то здесь, то там, в зависимости от подвернувшейся работы. Время от времени его посещало желание остепениться, осесть где-нибудь, пустить корни, а в последние годы он стал задумываться над этим все чаще и чаще. Но проблема заключалась в том, что ему еще нигде не удавалось прижиться. Сэм подозревал, что везде окажется чужаком. Он даже не имел представления о том, чего же именно хочет добиться в этом маленьком городке в Джорджии, куда сейчас направлялся.
Дорожный указатель гласил: «Округ Мередит. Аркадия – 10 миль». Название всколыхнуло в его памяти воспоминания, от которых у него тотчас же защемило сердце. Ведь сюда он пришел не ради себя, а ради нее…
В Аркадии Сэм никогда не бывал. Он даже не был уверен в существовании этого местечка. Теперь он признался себе в неожиданном желании увидеть его своими глазами.
Его внимание привлек шум автомобильного мотора за спиной. Оглянувшись, он увидел притормозивший неподалеку старенький пикап.
– Куда тебе, паренек? – Из окна машины высунулось морщинистое лицо пожилого фермера, циркнувшего между зубов струйкой коричневой табачной слюны.
– В Аркадию, – ответил Сэм раздраженно.
Пареньком его уже давно никто не называл. Пожалуй, с тех пор, когда он еще был зеленым новобранцем в тренировочном лагере на острове Паррис, он никому не позволял так к нему обращаться. Никому, кроме матери. Она никогда не забывала употребить перед этим словом ласковое «мой дорогой» или «драгоценный мой» и редко когда не добавляла фразу: «Я люблю тебя».
– В Аркадию? О'кей, – будничным тоном произнес фермер. – Я туда же. Залезай.
Предложение было безмолвно принято, и промокший до нитки путешественник стянул с плеч рюкзак, забросил его назад в кузов грузовичка и забрался внутрь кабины, подогнув под себя длинные ноги в тесном пространстве под приборной доской.
– Спасибо.
– Не за что. Наверное, по делам в Аркадию, да?
– Возможно, – пожал плечами Сэм.
– У тебя там семья? – продолжал допытываться старик. Вероятно, путь его оказался не близким, и он был рад поболтать с кем-нибудь, чтобы скоротать время.
– Не думаю. Нет. Никого нет.
– Забавно ты как-то выражаешься. – Водитель недоуменно взглянул на попутчика.
– Да и вы тоже, – пробурчал Сэм. Возникла долгая пауза, во время которой фермер стянул засаленную кепку – бейсболку и почесал голову.
– Ты не слишком разговорчивый, верно?
– Не-а. – Сэм вовсе не пытался напустить на себя таинственный вид. Ему было просто нелегко разговаривать со стариком.
В данный момент его раздирали противоречивые чувства. Он никогда не бывал раньше в Аркадии, но его медленно обволакивало ощущение ожидания, такое же, какое он испытывал, когда брал в руки кусок необработанного дерева и уже заранее мог представить себе готовое изделие.
– Отис меня зовут, Отис Паркер, – продолжал фермер. – Трактор у меня сломался, и я ездил в Коттонборо за запчастями.
Дождь временно утих, и дворники вхолостую царапали ветровое стекло. Вдалеке замерцали огоньки в окнах домов, оставляя в темноте яркие мазки, как от кисти художника, пишущего причудливую картину.
Отис нажал на тормоз, и грузовичок остановился.
– Здесь я буду сворачивать, парень. Я так и не разобрал, как тебя зовут, но если ты хочешь заполучить комнатку в мотеле, то их в Аркадии нет, а в гостиницу владельцы вряд ли пустят, кого попало.
– Меня зовут Сэм Фарли, мистер Паркер. И спасибо вам за то, что подвезли. Вы случайно не знаете, где живет миссис Мэми Хайнс?
Фермер снова сплюнул в окно и, повернувшись к Сэму, смерил его удивленным взглядом.
– Дом Мэми Хайнс? Так вот тебе куда нужно!
– А что в этом особенного? – в свою очередь удивился Сэм.
Под промокшей джинсовой курткой его начала пробирать дрожь. Совсем выбившись из сил, Сэм все же был готов достичь конечного пункта своего путешествия прежде, чем дождь разойдется не на шутку.
– Ну, понимаешь… – начал, было, фермер. – Нет. Ты иди прямо в город. Когда доберешься до первого перекрестка, поверни направо. Последний дом у дороги, но… сейчас он стоит заколоченным. Его, может быть, нелегко будет отыскать в темноте, но любой, кого ты спросишь, с радостью подскажет тебе дорогу, если заблудишься.
– Значит, он на самом деле существует, – еле слышно прошептал Сэм.
Всю свою жизнь он не переставая думал об этом доме. Долгие годы мысль о нем служила ему надежной опорой в самые тяжкие времена, хотя он не вполне был уверен в реальности его существования.
– А моя… миссис Хайнс?
