Он снял пиджак и остался в черной рубашке с воротником «стойкой» и золотой сколкой с цепочкой. Бросив пиджак в свободное кресло, он подошел к окну, распахнул створки и задернул до половины шторы.
– Так, пожалуй, посвежей будет, – сказал он, возвращаясь на свое место.
– Без охраны окна открывать не боишься? – пошутила Ника.
– А что, тебя кто-нибудь может украсть, с кем я не справлюсь?
– Тогда зачем тебе охрана? Тебя вроде бы ростом Бог не обидел и кулак, покажи-ка, с мою голову будет.
– Это прихоть моего дяди. Не хочется обижать старика.
– По-моему, ты и своего охранника уложить можешь.
– Вот тут-то ты и ошиблась.
– Неужели? – удивилась Ника.
– Троих, таких как он, и без особого труда. Это без шуток. Проверял.
– Тогда я не понимаю.
– Да Бог с ним, с охранником. Он все равно уже ушел. Сюда никто теперь не придет.
– А твоя жена из отпуска, по случаю, не вернется неожиданно?
– Я не женат, – он снова тяжело вздохнул.
– Развелся?
– Да, уже очень давно. У моей половины другая семья и все в порядке, а второй раз не получилось.
– И поэтому у тебя не лучший день.
– И поэтому тоже, – он опустил глаза. – Скажи лучше, почему ты плакала?
– Ну, это очень интимный вопрос… – Ника заколебалась. – Хотя, возможно, мы с тобой больше не увидимся.
– Это ещё как сказать.
– Скажи, у меня что, конченый вид?
– Почему? – удивился он.
– Один человек сказал сегодня, что у меня настолько целомудренный вид, что от меня лучше держаться подальше. Ты каким-то образом догадался, что меня никто не ждет. Что во мне не так?
– Все так, – он улыбнулся одними губами, но голубые глаза остались усталыми и холодными. – Просто тот человек, который тебе это сказал, безмерно глуп. Как я догадался о том, что тебя никто не ждет, я уже говорил, не знаю. Вид у тебя действительно целомудренный, но я бы не сказал, что от тебя нужно держаться подальше. Обычно у меня такие женщины, как ты вызывают мысль «Почему она не моя?».
– Ты говоришь это, чтобы успокоить меня?
– Я говорю то, что думаю. Может, что тебя никто не ждет, я решил потому, что от тебя просто веяло одиночеством. Иногда чужое одиночество чувствуется так же остро, как и свое. Я ошибаюсь?
– Нет. Выходит, ты тоже знаешь, что такое одиночество? – Ника внимательно посмотрела ему в глаза.
– Знаю, даже больше чем нужно, – в углах рта у него залегли горькие складки.
Они помолчали. Владислав подлил в бокалы коньяка и закурил новую сигарету.
– Давай ещё понемножку, – он взял свой бокал.
– Давай, – Ника вздохнула.
– Что так тяжко-то? – он сделал небольшой глоток коньяка.
– Ты тоже не особенно веселишься. Тебя тоже бросили?
– Нет. Ты не против, если я слегка расстегнусь и рукава подкачу?
– Не против. Я вообще удивляюсь, как ты в такую погоду в костюме, да ещё и в черной рубашке.
– Так сегодня нужно.
Владислав снял сколку, расстегнул несколько пуговиц на рубашке и подвернул рукава выше локтя. Теперь было частично видно мускулистую грудь и крепкие мускулистые руки. На груди виднелась довольно массивная золотая цепочка с крестом.
– А почему ты цепь носишь не поверх рубашки? – поинтересовалась Ника.
– Потому что это не украшение, а нательный крест. Крест в качестве украшения грех носить.
– Ты веришь в Бога?
– Верю.
– Давно?
– С детства. А ты веришь?
– Вообще-то да, но я не особенно сильна в вопросах религии. Ты часом, не священник? – она улыбнулась.
– Я – грешник.
– И в чем же ты грешен?
– Спроси лучше, в чем я не грешен. Долго перечислять мои грехи.
– На рояле играла твоя жена? – Ника подошла к роялю и провела пальцем по полированной крышке.
– Я, играл мой брат и играет мой сын. До нас играла бабушка, немного дед, отец, дядя.
– Такой старый… У тебя есть сын?
– Да. Пятнадцать лет мальцу. Он сейчас у моего дяди.
– У тебя настолько хорошие отношения с бывшей половиной, что она отпускает к тебе сына?
– Просто сын живет со мной. Он остался со мной после развода.
– А еще у вас дети были?
– Слава Богу, нет. Мы развелись, когда Алику было год и два месяца. А с бывшей половиной у меня, действительно, не плохие отношения, хотя, с Аликом они друг друга не воспринимают. Она обычно появляется, когда у неё возникают какие-либо большие проблемы или совсем уж не хватает денег.
– У нее есть ещё дети?
– Трое. Её муж, правда, не особенно в курсе, что она здесь бывает.
– А если он узнает? Будет маленькая семейная разборка?
– Я не думаю, что он об этом узнает. Впрочем, о моем существовании он знает и не плохо.
– Знает, что ты подкидываешь деньги?
– Может просто догадывается. Впрочем, это их проблемы.
– Я не пойму, почему ты в таком случае с ней развелся?
