— Я, конечно, все понимаю, но это твоя идея и финансировать придется тебе.
— Это само собой разумеется, — Александр дал ему несколько денежных купюр.
Высотный дом из красного кирпича гордо красовался напротив такого же. Железобетонные ступеньки, ведущие от черного входа в подвал, приводили к синей, покрытой железом двери, по внешнему виду которой нетрудно было догадаться, что здесь часто подолгу живут крысы и очень редко люди. Однако первое впечатление производило обманчивое впечатление. Прямо за дверью располагалась большая чистенькая комната, довольно ухоженная на фоне входной двери. В дальнем конце стоял двухтумбовый стол. За ним на стене, в стиле авангардной графики, что-то раскинуло крылья. Остальные стены диссорнансно отливали бетоном. По левую сторону от стола размещался видавший виды диван. По обоим концам комнаты зияли бездверные проемы, ведущие в другие подвальные помещения. Яркий бесплатный свет четырех мощных ламп дневного освещения позволял читать, что Дима и делал, расположившись на диване. В дверь раздался стук. Он резко сел на диван. Дверь открылась и вошла старушка.
— Можно войти? — спросила она, хотя уже вошла. — Я по объявлению, добавила она торопливо.
— Да, пожалуйста, садитесь. — Дима встал и показал на диван. Прошел и сел за стол. — Так, что там у Вас?
— Я уж стара стала, к детям переехала. Дом сейчас продаем, он им не нужен. А иконы они мне перевезти не разрешают, вот я и подумала, может кому на радость, да и мне на черный день, ведь пора уж скоро.
— Нет, бабушка. Иконы нам не нужны. Мы музей древних культов открываем. Так что Вы не по адресу.
— Ну, извините, — она обреченно вздохнула и, поднявшись, вышла. Дима не успел дойти до дивана, как дверь распахнулась, и влетел мужчина неопределенного возраста, что-то где-то между девятнадцатью и тридцати пятью. С незапоминающейся внешностью и приторно заискивающим выражением лица.
— Вы покупаете предметы древних культов? — Выдохнул он в духе пародий на коммивояжеров.
— Да, а что?
— Могу предложить все, — перебил он. — Натуральные черепа. Если хотите — целые скелеты. Жертвенники и прочую языческую дребедень. У меня знакомые, — он заговорщицки подмигнул, — много чего иногда раскапывают. Лесами бродят, в походы ходят, всяческие шаманы находят. И все очень дешево, — добавил он торопливо.
— Нас интересуют культовые ножи и предметы культов огнепоклонников и детей сатаны или служителей Дьявола.
— Все будет. Вопрос в цене.
— Принесете, поторгуемся, оставьте ваш телефон.
— Нет! Я лучше сам позвоню.
— Как вам будет угодно.
— До свиданья. Мы еще встретимся. До свиданья! — повторил он и исчез так же, как появился.
— Интересный тип, — произнес Дима, когда он вышел. «Бывают же такие идиоты». Он решил выйти на улицу. Сидеть одному уже надоедало. Он вышел и, поднявшись, сед на верхнюю ступеньку. «Лето, каникулы, а я в конуре сижу. Черт знает, кого из себя изображаю. Сам не знаю, что хочу получить. Не к добру это. Не к добру». Его размышления были прерваны легким хлопком по плечу. Он не слышал шагов и поэтому, резко дернувшись, вскочил от неожиданности. Перед ним стоял мужчина средних лет, интеллигентной наружности. С безупречной прической, в легком летнем костюме, с галстуком и идеально начищенных туфлях. Кожаный дипломат поблескивал номерными замками.
— Здесь находится организация Ви шестьсот шестьдесят шесть? — спросил он мягким располагающим к себе голосом.
— Да, проходите, — пробормотал Дима, еще не придя в себя. Они вошли. Дима предложил сесть на диван, а сам прошел за стол. Посетитель сел.
— Так, что вы хотите предложить?
— Прежде чем предложить, я хотел бы узнать, что вас конкретно интересует. И о каких суммах идет речь. — Он говорил с мягкой улыбкой, убаюкивающим голосом, но что-то в нем не позволяло смотреть ему в глаза.
— Ну, у нас немного средств. Но если будет что-то интересное, есть люди, которые за ценой не постоят. Нам нужны культовые ножи и предметы культа огнепоклонников и служителей Дьявола.
— Я могу предложить нож работы шестнадцатого века. С собой его у меня нет. Но если вас не отпугнет цена, можно сходить посмотреть.
— И сколько вы хотите? — Дима уже отошел от первоначальной неловкости и даже заинтересовался.
— Пятнадцать тысяч, — произнес вошедший. Дима проглотил слюну, но сдержался. «Дороже автомобиля. Рехнулся мужик», — промелькнуло у него в голове.
— Мы, конечно, не сможем столько заплатить. Оставьте ваш телефон, пожалуйста, мне нужно проконсультироваться.
— Да, конечно, — он открыл портфель и подал визитную карточку. — До свиданья! — слегка поклонился и вышел.
— До свиданья! — пробормотал Дима, разглядывая впервые в жизни визитку.
