– Я мало что понимаю в том, что касается человеческой головы, только если это не включает в себя вскрытие черепа. – Уилл улыбнулся и в извиняющемся жесте развёл руками. – По словам Даниэля у неё достаточно интересный случай. Девушка считает, что сходит с ума, поэтому и пришла к нему. Говорит, что слышит голоса у себя в голове. Но при этом у неё нет галлюцинаций, она ясно осознает действительность и нет никаких изменений в сознании и организме в целом – он проводил анализы. Все в норме, и это… наводит на определенные размышления. Хах, Даниэль думает, что она ходит к нему, потому что он ей нравится. Забавно это все. Но я бы думал так же, приди ко мне пациент без единого явного симптома болезни.
– Да, – Алан медленно кивнул, не сводя взгляда с Кэтрин, – действительно, забавно. Жизнь вообще забавная вещь, ты так не находишь? А этому вечеру уже дважды удалось меня удивить. Что же будет дальше, мой милый Уильям?
Вскрывать старые раны было больно, но подливать масла в никогда не заживающие – до сладкого одурманивающего тумана в голове приятно.
Алан легонько толкнул Уильяма в бок и кивком указал на вылезшего на импровизированную сцену Анхеля. Испанец хлопнул несколько раз в ладоши, привлекая к себе внимание гостей, и широко улыбнулся, раскинув руки в подобии приглашающих объятий.
– Дамы и господа! Уважаемые сеньоры и прекрасные, очаровательнейшие сеньоры! Прошу минуту вашего внимания. Для нас большая честь приветствовать здесь сегодня нашего почётного гостя, что столь любезно согласился посетить наш скромный праздник…
Слова Анхеля потонули в аплодисментах толпы, когда из неё на сцену вышел уже знакомый мужчина в маске козла в сопровождении миниатюрной девушки.
– Интересно, он действительно считает, что его слова сейчас здесь так нужны? – скептично протянул Алан, выдыхая сизый дым.
Уильям промолчал. Жизнь действительно была забавной штукой. Почему-то именно в этот момент в его голове снова вспыхнули воспоминания последних недель, а под лопаткой зачесалось сказать крутящиеся на кончике языка слова. Уилл не знал, как Алан отреагирует, но он чувствовал, что сейчас самый подходящий для этого момент, – нельзя было быть уверенным, не встретятся ли они снова только через еще несколько месяцев, как это нравилось Алану.
– Я решил уйти…
Алан обернулся к нему настолько резко, что по позвоночнику Уильяма пробежали холодные влажные мурашки, слова вылетели из головы, а во рту мгновенно пересохло, и даже большие глубокие глотки вина не могли этого исправить.
– Что? – Алан всем своим видом пытался показать, что ему это всего лишь послышалось. – Ты хочешь меня оставить? Не ожидал я такого от тебя. После всего, что я для тебя сделал…
– Я решил уйти из этой больницы, – спохватившись, повторил Уильям, почувствовав, как внутри что-то сворачивается от неприятного ощущения, что тут же отступило. – Уже подыскал другое подходящее место в пригороде. Там как раз нужен хирург. И не так далеко от квартиры, которую… вы мне арендовали.
Алан молчал, поджав губы, и продолжал смаковать ими кончик наполовину выкуренной сигареты. Молчание было худшим, что ожидал Уильям. Было бы проще, если бы Алан сразу высказал ему все, что думал, но он лишь стоял и курил, отвернувшись от Уильяма и буравя взглядом сенатора. Словно Уилла здесь не было.
– Мы вернёмся к этому вопросу позже. – Алан бросил сигарету себе под ноги и носком вдавил в пол. – А пока у тебя есть время подумать над своим поведением.
Портсигар со звоном опустился на стол рядом с Уиллом. Уильям непонимающе уставился на Алана, но тот лишь загадочно улыбнулся и выскользнул сквозь полукруглую арку, исчезая среди галдящей, как маленькие воробьи, толпы. Уилл тяжело вздохнул и поправил ленты вокруг головы: Алан вызывал порой жуткую головную боль, но сейчас Уильям не был уверен, что ему это просто кажется.
Уже спустя несколько мгновений светлая макушка Алана вынырнула около Анхеля, а рука уверенно отодвинула испанца в сторону, что рассмешило Уильяма. Но он сдержался, отдав проходящему мимо официанту бокал.
– Я бы хотел воспользоваться правом хозяина этого вечера и пригласить эту очаровательную даму на танец. Если, разумеется, вы не против.
