Забрезжил рассвет. Все были полностью поглощены чтением. После того, как генерал прочитал записки до конца, император взял книгу и стал сам читать нараспев. Затем он обратился к Пятому принцу:
— Почитай теперь ты!
Принц, не говоря ни слова в ответ, сразу же стал громко декламировать глубоким голосом. Наследник же престола читать не захотел.
Наконец, рассвело.
— Останься здесь ещё на один день. Я тебе что-то покажу, что доставит тебе удовольствие, — обратился император к наследнику престола и велел постелить ему здесь же, за переносной занавеской. Сам государь ушёл в свою опочивальню, Пятый принц — в трапезную и расположился там среди архивариусов.
Накатада отправился в помещение для придворных, и Мияхата пошёл с ним. Накатада лёг в постель, уложил мальчика возле себя, и прижав к груди, начал с ним разговаривать.
— Твоя старшая сестра, наверное, стала совсем большой? — спросил он.
— Она ни большая, ни маленькая, — ответил мальчик.
— А волосы у неё длинные?
— Очень длинные.
— Отец, наверное, очень любит свою старшую дочь.
— Не знаю. Он всё время обнимает моего младшего брата.
— А младший брат уже большой?
— Сейчас он уже сам встаёт на ноги. Он очень милый, — ответил Мияхата.
— А почему твой отец не любит госпожу из северных покоев?[81] — спросил вдруг Накатада.
— Не знаю. Она говорит, что он проводит всё время в южных покоях, к ней же относится, как к совершенно чужой. Она всё время плачет.
— Какая же из принцесс нравится твоему отцу? — допытывался генерал.
— Лучше вашей супруги никого нет ‹…›,- ответил мальчик.
— Почему ты так думаешь? Ты хочешь увидеть её? — спросил Накатада.
— Очень хочу, — признался Мияхата.
— Она получает письма?[82] — продолжал Накатада.
— Да, получает.
Генерал очень смеялся и наконец сказал:
— И я дам тебе письмо, не беспокойся. Когда будешь у Фудзицубо, скажи ей: «Накатада передавал, что он часто бывает во дворце, но свободного времени у него нет, и поэтому он не может навестить вас».
Наступило утро.
Мияхата проснулся, генерал причесал его, одел и послал к Фудзицубо. Как только мальчик вошёл к ней в покои, дамы воскликнули:
— Ах, какой дивный аромат! Этот господинчик спал сегодня на груди женщины!
— Нет, я спал возле правого генерала, — ответил им Мияхата.
— Нет-нет, это была женщина, — не верили дамы.
Он передал Фудзицубо слова Накатада, и она велела сказать в ответ: «Каждый раз, когда я узнаю, что вы пришли во дворец, я начинаю надеяться. Иногда, когда я ничем не занята, мне хотелось бы беседовать с вами».
— Действительно, она необычная, безупречная женщина, — восхитился Накатада, услышав её слова.
— А где сейчас находится генерал? — спросила Фудзицубо у одной из дам.
— Во дворце Чистоты и Прохлады, — ответила та.
— Как раз сейчас можно сделать то, о чём мы говорили, — обратилась Фудзицубо к Соо.
На третий день Накатада получил письмо от жены: «Вчера всю ночь ждала тебя, но ты так и не пришёл. Я не могла заснуть до самого утра. Что случилось?
Как только падать
Снег начинает,
Сердце моё сжимает тревога.
Снежинки ничтожны,
Но наметёт их с гору.
Я боюсь только того, что ты охладеешь ко мне. Пожалуйста, помни о том, что я беспокоюсь. Ещё немного я потерплю. До встречи».
Накатада написал в ответ:
«Высятся снежные горы.
Мне говорят,
Что занесло все дороги,
И невозможно
До милой добраться.
В думах о тебе до рассвета не мог я уснуть».
Шло время. Снега сыпало всё больше и больше. Генерал опять послал принцессе письмо:
«Не случилось ли чего ночью? От тебя нет ответа, и я тревожусь. Ведь не может же быть такого, чтобы ты забыла написать мне.
Не видя тебя,
От любви я пылаю.
Как мог
Раньше я жить,
До встречи с тобой?
Я пишу тебе, надеясь, что ты вспомнишь обо мне. Очень тоскую по Инумия. Милая моя, прижми её к груди: утром выпало много снега и очень холодно».
«Дождусь ответа здесь, а потом пойду к государю, — решил он. — Если, как вчера, он начнёт читать письмо… Не приятно».
Некоторое время он оставался в своей комнате.
Во дворце в тот день находились второй советник министра Судзуси, старший ревизор Правой канцелярии Суэфуса, второй советник министра Тададзуми и множество другим придворных. Среди них были многие сыновья Масаёри.
— Почему ты не хочешь, чтобы я услышал твоё чтение? — упрекнул друга Судзуси. — Разве мы давным-давно не обменялись клятвами в дружбе? Я хотел послушать тебя, и оставив дома жену, сам трясясь от холода, пришёл сюда именно для этого. И что ж? Никакого толку, ни одного слова не слышно. Разве ты не можешь читать немножко громче?
— По велению государя я читаю, не могу же я кричать. А кроме того, если с утра до вечера читать громко, не хватит голоса, — ответил Накатада.
