– А кто меня нашел? И откуда вы знаете мое имя?
Воспоминания о событиях прошлых часов стали медленно подступать. Странно, но Ирвелин казалось, что она пролежала здесь уже около суток.
– Вас обнаружил детектив Ид Харш. Именно он вызвал мою группу и группу с подкреплением. И детектив узнал вас, поэтому и я знаю ваше имя.
Ирвелин приняла информацию с молчанием, и графф-лекарь с грустью улыбнулась.
– Ладно, пока отдыхайте. Я попозже проведаю вас.
Женщина по имени Эллас ушла, и на какое-то время Ирвелин осталась в одиночестве. Она подогнула отекшие ноги и расслабила глаза. Головная боль действительно начала плавно отступать, и так же плавно в сознание начала возвращаться ясность. Короткими вспышками замелькали картинки: багровые щеки кукловода, мужчина, похожий на тигра, Филипп… Филипп. Почему же он не отвечал и ничем ей не помог? Кто же он? И что здесь произошло после того, как она отключилась?
– Ну ты даешь!
С перепугу Ирвелин больно дернулась и распахнула глаза. У ее ложа собственной персоной стоял Август Ческоль. Его плечи тесно сжимал белый халат.
– Привет, – шепотом сказал он. – Ты полна сюрпризов, Ирвелин Баулин.
– Август? Ты откуда здесь? Ты же должен быть на Дюрах?
– Я вернулся сегодня утром.
Ирвелин была уверена, что Август ей чудится. Травмированное сознание пробуждает галлюцинации или что-то в этом роде.
– Что ты тут делаешь? – спросил Август, усмехаясь.
– Это ты что тут делаешь? Откуда узнал, что я в лавке Олли?
– Шутишь? После произошедшего весь Скользкий бульвар на ушах стоит, желтым плащам пришлось даже оцепление выставить – каждый любопытный норовил попасть внутрь. Я, разумеется, был среди этих любопытных. Помню ведь, что Нильс именно в эту лавку заходил, вдруг, думаю, он снова чего-нибудь натворил. Надо было срочно выяснять. Включил я, значит, свое обаяние на полную мощь – и вуаля! – Он указал на белый халат. – Теперь я в образе цирюльника.
Нет, это не галлюцинация. Перед ней стоял настоящий Август.
– Захожу в лавку и что же я вижу? Твое распластавшееся тело. Вот удивила так удивила, подруга!
Ирвелин не разделяла веселого настроя левитанта, но увидеть знакомое лицо было как никогда приятно.
– Ты сказал, что после произошедшего Скользкий бульвар на ушах стоит. А что произошло?
Искоса оглядевшись по сторонам, Август ближе нагнулся к Ирвелин и прошептал:
– Олли пропал. Плащи склоняются к версии, что его похитили.
Осмыслив услышанное в возмутительной степени медленно, Ирвелин выдохнула и жестом попросила Августа помочь ей сесть. Действие оказалось не самым благим: у нее сразу же закружилась голова.
– А что у тебя с рукой? – ахнул Август, бережно опуская перевязанную бинтами левую руку.
– Рассекла себе локоть, – бросила она и с беспокойством продолжила. – Забудем о моей руке. Послушай. – Она сконцентрировалась на его лице и тихо произнесла. – Здесь был Филипп. Вместе с еще одним граффом, того я не знаю. Они и схватили господина Плунецки.
– Не понял… – Август в растерянности выпрямил спину.
– Они держали кукловода в его кабинете, потом в лавку вошла я и случайно… разнесла магазин. – Август округлил глаза, но Ирвелин не дала ему себя перебить: – Они повесили на вход табличку «Закрыто», но из-за дождя и спешки я не заметила ее и вошла. На мой шум из кабинета вышел Филипп, следом за ним – графф с татуировками, он штурвал, захлопнул щеколду на двери, и я не смогла…
– Погоди, Ирвелин. – Август мягко положил ладонь на ее здоровое плечо. – Это невозможно.
– Да, я знаю, это же Филипп, твой друг, но я сама видела его…
– Это невозможно, потому что Филипп сегодня в полдень уехал в «Гранатовый шип» на день рождения своей бабушки.
Ирвелин осеклась.
– Ты уверен?
– Совершенно. Мы с ним у дома встретились.
– Значит, никуда в итоге он не поехал, обманул тебя и направился прямиком сюда…
– Исключено. – Левитант замотал головой. – День рождения баронессы Приссы Кроунроул как красный день в календаре. Филипп каждый год ездит в этот день в поместье, на праздничный ужин собираются все члены их семьи, кроме, быть может… – Август сменил тон. – Говоришь, ты видела Филиппа? А он что-то говорил тебе, опознал тебя?
– Как раз хотела тебе сказать – нет, он игнорировал меня, самым омерзительным образом.
– Ты видела не Филиппа Кроунроула, – заключил Август, посерьезнев.
– А кого же?
– Ты видела Нильса Кроунроула.
Ирвелин оторопело уставилась на левитанта.
– Не может этого быть. Они же не близнецы, а всего лишь братья, да еще и двоюродные.
– С дальнего расстояния они могут быть похожи. Их отцы близнецы, помнишь? И оба они похожи на своих отцов.
Ирвелин вспомнила неясные очертания в полумраке, грозный вид, несвойственный педантичному Филиппу. Внезапно ее осенило:
– А Нильс, случаем, не эфемер?
– Эфемер, – подтвердил Август.
Так вот каким образом лже-Филипп так молниеносно исчез!
– Получается, это действительно был Нильс. Я и не думала, что они настолько похожи. Рост, телосложение, цвет волос…
– Да, но вблизи их различить легко.
