Повесть о красном галстуке полностью

В феврале 1941 года военврача Георгия Константиновича Подтыкайлова перевели из Бреста в небольшой пограничный городок Беловежа. Месяц спустя из Воронежской области приехала к нему вся его семья: жена Александра Матвеевна, четырехлетняя дочь Валя и старший сын Юра…

Уютный городок понравился всем. И хотя в Белоруссии таких городов немало, однако Беловежа показался Юре самым лучшим на свете.

Георгий Константинович работал в госпитале врачом, Александра Матвеевна хирургической сестрой. Бывая у них в госпитале, Юра видел, с каким уважением относились к отцу больные и медицинский персонал. Юра гордился этим и сам мечтал стать врачом.

В начале июня отца командировали, в Смоленск на курсы военных врачей. Он часто писал жене, детям. Александра Матвеевна торжественно вскрывала конверт и вручала персональные послания дочери и сыну. Затем удалялась на кухню и внимательно читала письма мужа.

Валя усаживалась на диван и с важным видом рассматривала присланные отцом цветные открытки.

Юра же уходил в сад, в самый дальний его уголок, и по нескольку раз перечитывал отцовское послание. А потом долго сочинял ответ.

И сегодня было что написать. Завтра, в воскресенье, работники госпиталя собираются отдыхать в лесу. Для мамы он специально набрал клубники. Выбрал самую крупную, красную и сочную. Но ей об этом не сказал. Скажет утром, по дороге в лес. И Валю угостит, конечно. Правда, она иногда капризничает, но он все равно любит ее.

Юра сбегал на станцию, бросил письмо в почтовый вагон проходящего поезда. Домой возвратился не сразу. А когда вернулся, то еще во дворе почувствовал приятный запах. Юра знал, что сегодня мать печет пироги.

Из окна соседнего дома слышался оживленный разговор. Юра уловил радостный голос дочки комиссара госпиталя Веры. Ей только что вручили в райкоме комсомольский билет. Счастливая!

Юра закрыл за собой калитку и вошел в дом. Мать, разрумянившаяся у печки, повернулась к нему и ласково улыбнулась.

— Садись, сынок, поешь пирожков. Смотри, какие славные получились.

Юра не успел съесть и одного пирожка, как в дом влетела Вера. Она светилась необыкновенной радостью; высоко и торжественно подняв над собой новенький комсомольский билет, закружилась по комнате.

Появилась Валя, уселась на диване и с удивлением следила за Верой. Рядом присел Юра, и оба они не спускали с Веры завороженных глаз. Такой они еще ее не видели…

Потом Юра подошел к Вере, спросил осторожно:

— Покажи билет, а?

— На, смотри, — Вера открыла заветную книжечку, но в руки не дала и, всматриваясь в награды, с гордостью добавила: — Я никогда, никогда не подведу комсомол, понял?

— Понял, — сказал Юра и снова попросил: — Дай в руках подержать.

— Ты что?! Билет не передают, а ты даже и не пионер еще.

— Скоро буду, — буркнул обиженный Юра и, недовольный отказом, пошел к двери.

Вера догнала у порога и преградила дорогу.

— Ладно уж, на, подержи.

Юра затаив дыхание смотрел на билет. Он не видел, как мать подошла к комоду и достала новенький пионерский галстук. А Вера догадалась, для чего Александра Матвеевна достала его, и вдруг заторопилась:

— Ну все, Юра, хватит; глянь, что мать приготовила тебе.

Александра Матвеевна подошла к сыну и тихо, но торжественно произнесла:

— Вот, сынок, возьми. Я пионервожатой в школе была, его секретарь райкома за лучший пионерский отряд вручил мне.

Юра был ошеломлен. Галстук, о котором столько мечталось, — вот он, протяни руку — и он твой, твой навсегда! Юра пытливо посмотрел в глаза матери.

— Бери, бери. — Материнские руки легли ему на плечи. — Скоро он тебе понадобится, а пока храни как самое дорогое!

Юра бережно взял галстук. От радости на глазах блеснули слезы. Мать понимающе переглянулась с Верой, но обе промолчали.

С дивана торопливо сползла Валя, подбежала к матери и вдруг решительно потребовала:

— А мне галстук? Я тоже хочу быть пионеркой!

Александра Матвеевна растроганно улыбнулась, взяла дочь на руки и с материнской нежностью стала ее целовать…

В эту ночь Юра долго не мог заснуть. Подумать только: он имел теперь свой, настоящий красный галстук.