– Сегодня в предобеденное время мы со своими знаменами обойдем весь город. Все люди нас увидят, у нас будет возможность показать, что мы желаем им добра и позвать за собой. Солдаты и полицейские увидят, что народ за нас и идет за нами. Тогда фон Кар, фон Лоссов и фон Зайссер будут не в силах нам препятствовать, а мы сможем установить новое правительство и спасти Германию. Так они и сделали. Шествие по городу возглавили Гитлер, Геринг и Людендорф, приколовшие к своим лацканам цветы. За ними следовал строй штурмовиков, над которым реяло черно-белое красное знамя со свастикой. Они пели: "O Deutschland hoch in Ehren" [29]. Все вокруг кричали: "Хайль!" Мюнхенцы присоединялись к колонне, и она становилась все длиннее. Полицейские, посланные господином фон Зайссером остановить процессию, не выполняли этого приказания, потому что сами были готовы поддержать новое правительство. Шествие достигло большой площади Одеона. На ней находилось здание, называемое "Фельдхернхалле" [30]. Рядом со зданием выстроились броневики и баварская полиция. Когда колонна штурмовиков вышла на середину площади, раздался выстрел – пуля задела Геринга. Все замерли от ужаса. Прозвучало еще несколько гулких выстрелов, пули попали в центр поющей колонны, сразу обагрившейся кровью. Стреляли и из дома на площади; стрелки специально целились в уже лежащих на земле раненых. Адольф Гитлер остался невредим, но его товарищ по имени Граф, который шел рядом, рухнул, получив тяжелое ранение. Вместе с ним упал и Гитлер; он вывихнул руку и сломал ключицу. Людендорф остался жив, благодаря верному денщику, прикрывшему его собой, сам же денщик был убит на месте. Когда началась стрельба, естественно, возникла неразбериха. Члены бригады СА не могли сопротивляться: у них было несколько ружей, но против бронемашин и пулеметов штурмовики были бессильны. В тот день было убито шестнадцать человек.
Эти люди не сделали ничего дурного, просто они любили свою родину больше всего на свете. Вот что творилось тогда в Германии!
Мы не должны забывать их имен, их нужно здесь перечислить, чтобы их знали вы, дети!
Феликс Альфарт, торговец;
Андреас Бауридль, шляпник;
Теодор Газелла, банковский служащий;
Вильгельм Эрлих, банковский служащий;
Мартин Фауст, банковский служащий;
Антон Рехенбергер, слесарь;
Оскар Кёрнер, торговец;
Карл Кун, старший кельнер;
Карл Лафорш, студент;
Курт Нойбауэр, служащий;
Клаус фон Папе, торговец;
Теодор фон дер Пфордтен, член ландгерихта (земского суда);
Йоханн Рикмерс, ротмистр;
Макс Эрвин фон Шойбнер-Рихтер, инженер;
Лоренц Риттер фон Странски, инженер;
Вильгельм Вольф, торговец.
Тогда погибших не стали погребать в общей могиле, как того хотел Гитлер; но 9 ноября 1935 года, став фюрером, он торжественно перезахоронил их в общей усыпальнице на Королевской площади в Мюнхене, недалеко от того места, где они были убиты. Шествие было расстреляно по приказу господина фон Кара. Еще ночью, опасаясь, что мюнхенцы пойдут за Гитлером, он распорядился привести в боевую готовность бронемашины и полицию.
Когда раненый Адольф Гитлер стоял на Одеонплатц, к нему подъехал автомобиль, за рулем был один из штурмовиков. Подобрав фюрера и одного раненого подростка лет 12-ти, который лежал на мостовой, автомобиль скрылся из виду.
Гитлер смог обратиться к врачу, лишь добравшись до одного небольшого городка. После всего, что произошло, ему было очень больно и грустно. Усугубляло его печаль и то, что он считал Людендорфа убитым. На самом деле Людендорф был жив, об этом Адольф Гитлер узнал немного позже, из газет, писавших о мюнхенских событиях, а посчитал он так потому, что во время стрельбы видел убитого, который был накрыт пальто Людендорфа.
В то утро, перед тем как была расстреляна демонстрация, Адольф Гитлер велел расклеить на всех тумбах для афиш плакаты, в которых рассказывалось о новом правительстве. Впоследствии по приказу фон Кара эти плакаты заменили новыми, где говорилось, что Гитлер и Людендорф – государственные изменники, и их ждет наказание. Баварией и дальше будет править господин фон Кар, а все сподвижники Адольфа Гитлера будут посажены в тюрьму.
