Открыть своё дело достаточно просто. Сначала должна быть идея: говори с соседями, друзьями, ройся на системном сайте — думай, что ты можешь предложить, что у тебя купят. Потом пиши заявку. Надумал ты печь круасаны — пиши в Приказ пищевой промышленности. Тебе дадут все выкладки по муке, печам, свободным площадям, приспособлениям и дивайсам всяким. Пишешь бизнес-план, и его утверждают практически автоматически, до первого октября подавай заявку работодателю на увольнение в связи открытием своего дела. Получаешь оборудование, закупленное по твоему бизнес плану. Оформляешь на него договор аренды и неофициальный договор лизинга, по которому ты постепенно выкупаешь это оборудование. После завершения лизинговых платежей твоё право собственности на это имущество действует только внутри Цитадели. Когда оно станет тебе не нужно — ты выставляешь его в интернет магазине и за вырученные средства можешь купить что то новое для своего дела. Если разорился — отдавай долги и через пять лет имеешь вторую возможность попытать кулацкого счастья.
Если работника привлекают для каких-то политических акций, то день участия в акции засчитывается в выслуге за два. Привлечение конкретного работника в каждом конкретном случае согласовывается с хозяином вотчины, вернее, с его замом по кадрам — своего рода комиссаром, кроме случаев красной тревоги, когда работа останавливается и «на баррикады» идут все.
Экономическая и властная модель Цитадели опирается на сословное строение общества. Самое многочисленное — казацкое сословие — это работники всех предприятий независимо от занимаемой должности и сотрудники аппарата Цитадели. Открывшие своё маленькое дело назывались кулаками. В кулацком бизнесе — только родственники числом не более десяти душ. Купцы — это организаторы крупного бизнеса, владельцы (правильнее сказать распорядители) вотчин. Бояре — высокопоставленные служащие аппарата Цитадели, как правило, службы безопасности. Все новички начинали службу в цитадели с казаков, а дальнейший переход в другие сословия закреплялся княжескими постановлениями. Сословные отличия были главным образом культурными, денежное довольствие у всех было одинаковое.
Аукцион по продаже имущества «Бастиона» проходил в большом актовом зале областной администрации. Ликвидатор Кайло не только дал объявления в местной и центральной прессе, но и заказал рекламные ролики на телевидении. Почти пять минут в прайм-тайм на протяжении десяти дней абоненты местного кабельного канала могли любоваться видами «Бастиона» и слушать предложения по участию в аукционе. Куратор Дмитрий говорил, что губернатор позже высказывал одобрение: «Вот так нужно рекламировать имущество банкротов! Тогда бы и цену нормальную давали».
Батуле сделали своеобразный подарок — он получил доверенность на участие в аукционе от предприятия, которое должно было приобрести имущество «Бастиона». И вот к десяти часам в костюме и при галстуке Богдан подошёл к миловидной барышне, сидящей за приставным столиком прямо у входа в актовый зал. На столике — табличка «Регистрация участников аукциона». Богдан полез в свой кожаный портфель, дважды чуть не уронил его, пока доставал нужные документы — копию платежного поручения на 202 тысячи гривен — это обязательный гарантийный взнос — 10 % от стартовой цены имущества, копию платежного поручения на 17 гривен — регистрационный взнос за участие в аукционе, свидетельство о государственной регистрации предприятия — участника, копию справки из облстата о том, что это предприятие состоит в Едином государственном реестре, и доверенность на представителя, то есть на себя. Девушка довольно прытко всё просмотрела, сделала какие-то записи, нахмурилась — наверно думала, что-то еще написала, показала Батуле, где расписаться в книге регистрации, дала ему билет участника и пластиковую табличку с жирно нарисованной красной тройкой.
Минут через пятнадцать в зале было уже около двадцати человек. Знакомых — четверо: куратор Дмитрий, ликвидатор «Бастиона» Кайло, белобрысый представитель «лесников» — из тех, что приходили к Батуле первыми и помошник губернатора Вячеслав Величевский. Куратор Дмитрий имел доверенность от ещё одной цитаделевской фирмы на тот случай, хотя и вряд ли возможный в данной ситуации, если никто кроме Богдана не заявится (По закону аукцион, на который зарегистрировался только один участник, признаётся несостоявшимся).
За трибуной, которая так примелькалась в телерепортажах о сессии областного совета, появился толстый лохматый дядька — по всей видимости, ведущий аукциона, так называемый лицитатор. Лохмач прокашлялся и хорошо поставленным голосом начал провещевать. Из сказанного стало ясно, что на аукционе зарегистрировано пять участников.
