Но еще интересней откуда были взяты эти 643 000. Около двух лет назад Батула решил освоить новый для себя продукт — композитную черепицу. На рынке кровельных материалов тогда зияла приличная дыра — народ уже «наелся» металлопрофилем — да, надежно, красиво, но очень шумно во время дождя, а керамическая черепица предлагалась только импортная начиная от 12 евро за квадрат — дороговато! Вообщем, почитал Богдан, подумал, съездил на пару выставок и решил: буду клепать этот полимерпесчанник. Дело представлялось нехитрым: состав на 70 процентов обычный песок, на 30 — отходы бытового пластика и красители. Сваливай этот состав в печь, плавь до однородной массы и выдавливай на прессе любую форму. Самым сложным оказалось найти нужный пресс. И вот, наконец, удалось узнать, что в Николаеве делают сходную по характеристикам машину. Заключили договор. В договоре указываются характеристики и параметры, предусматривается поставка и наладка производителем и последующая стопроцентная оплата. Пресс привезли через три месяца, долго мурыжили с наладкой, потом выяснилось, что он не давит заявленную плотность. Наладчики уехали, пошла переписка. Эксплуатировать пресс с такими данными Богдан не собирался, да и само направление черепичное решил свернуть сразу после пожара на складе готовой продукции — оказалось, горит этот композит чёртов синим пламенем, хрустит и трещит, не подозревая, что имеет сертификат о негорючести.
Главная проблема с возвратом пресса была в том, что после установки и первичной наладки Батула отдал свою доверенность и подписал расходную накладную. В конце концов, таки вернули пресс на завод. Погрузили в своего «Камаза» и отвезли в Николаев. Там его приняли — акт приема передачи, все как положено.
Но в исковом заявлении «Промлестехники», дело представлено так, что пресс «Бастион» получил, а вот денег за него не заплатил. О том, что пресс вернули производителю, в судебном деле — ни слова.
Возмущение Богдана и его упование на то, что возможно дать делу обратный ход, предъявив оригинал акта приема передачи в суд, были быстро развеяны юристами — во первых, судебный процесс уже закончен и сроки для обжалования прошли, во-вторых сам акт возврата, оказывается, был составлен с большими нарушениями, то есть подписан начальником смены, который явно не имел права подписи приходных документов. В свое время, вернув станок, подшили акт и забыли об этом думать. Но, как выяснилось сегодня, по бухгалтерии Николаевского завода возврат станка не был проведен. Почему это было сделано — неизвестно.
Наиболее правдоподобную версию изложил Лазутин, вернувшийся из города кораблестроителей:
«Николаевский этот завод — типичное акционерное общество — 50 % у государства, 50 — у мелких акционеров бывших и настоящих работников предприятия. Короче, хозяина нет. Бывший руководитель, «красный директор» Борзенко крутил как хотел и всё у него получалось. Скорей всего, к тому времени, когда «Бастион» возвращал станок, у директора назрел покупатель на аналогичный пресс — за «наличман». Что он делает: Покупателю продает только что изготовленный нормальный пресс процентов так за 80 от розничной цены, но наличными — 75 тысяч долларов себе в карман это очень неплохо. Ваш пресс ставит на место проданного, и вешает себе дебеторку за якобы отгруженный вам пресс. Известная схема, может в реальности все было несколько иначе, но факт остается фактом: пока работал старый директор, никто «Бастиону» претензий по поводу задолженности не предъявлял (это естественно, ведь Борзенко сам — виновник этой задолженности), а как только его «ушли» на пенсию, где-то год назад, по почте пришла претензия».
Юрист Света вспомнила, как она даже и отвечать официально не стала, подумав, что это ошибка, а просто позвонила в Николаев и сбросила по факсу копию акта возврата пресса. Там извинились, сказали, что у них поменялось руководство, много новых сотрудников и большинство пока «не в теме». Больше никаких переговоров по этому поводу не было.
Можно себе представить, как обрадовались в Николаеве, когда к ним пришли с предложением купить безнадежную задолженность процентов эдак за двадцать от номинала. Появился договор уступки права требования, согласно которому кредитором «Бастиона» становилась донецкая фирма «Промлестехника». Уведомление должнику о заключении договора уступки требования, которое является обязательным в этом случае, на «Бастионе» также в глаза не видели. Скорее всего, это еще один привет от Милены.
Пытать Гусева по поводу этой роковой красотки смысла не было, знал он о ней мало, познакомился в ночном клубе, потом роман, потом предложил у него работать, но в дальнейшем, по его словам, их близкие отношения сошли на нет, а учитывая, что работником она была аккуратным и грамотным, выгонять он её не стал.
