П о л е ж а е в. Куда?
К у п р и я н о в. Хотим поработать, разгрузить уголь для электростанции. У вас же свет будет! А потом на губу.
П о л е ж а е в. Это еще что такое?
К у п р и я н о в. Гауптвахта. Десять суток.
П о л е ж а е в. Десять суток? Вам? За что?
К у п р и я н о в (исчезая за дверью). За самовольный обыск у профессора Полежаева. Будьте здоровы!
П о л е ж а е в. Всего хорошего!
М а р ь я Л ь в о в н а вносит лампу, с т у д е н т ы идут за ней.
(Удивленно.) Молодежь? Муся, а где же?..
М а р ь я Л ь в о в н а. Дима! (Делает ему знаки.)
П о л е ж а е в (приглядываясь к студентам). Здравствуйте, господа. Чему обязан видеть вас дома, а не в университете? Кстати, вы стали манкировать занятиями… Да, да, вот вы не бываете, и вы, и вы.
В т о р а я с т у д е н т к а. И не будем ходить.
П о л е ж а е в. Вам же хуже. Берете пример с почтенных сановников, предпочитающих саботаж честной работе?
П е р в ы й с т у д е н т. Люди, отказывающиеся служить насильникам, — не саботажники. Ваша статья — предательство по отношению к русской интеллигенции!
В т о р о й с т у д е н т. И мы на фракции меньшевиков постановили…
П о л е ж а е в. Это мне неинтересно, что вы там постановили.
П е р в а я с т у д е н т к а. Вам говорят правду, которая вам колет глаза.
В т о р а я с т у д е н т к а. Мы не хотим слушать лекции большевистских прихвостней.
В с е (кричат в один голос). Да, да, не хотим! Мы не посмотрим на имя!
В о р о б ь е в. Господа, господа, я прошу вас, это все лишнее. Господа, перестаньте.
П о л е ж а е в (Воробьеву). Вы опять тут как тут!
В о р о б ь е в (оскорбленно). Вы решительно не хотите меня видеть?
П о л е ж а е в. Сегодня совершенно решительно.
В о р о б ь е в. Ах, так! (К студентам, с достоинством.) Господа, вы слышите? Профессор обращается со мной так, что, казалось бы, я должен тотчас же уйти и никогда не возвращаться. Но я слишком люблю моего учителя и даже в минуту высшей несправедливости ко мне стараюсь платить добром за зло. (Внушительно похлопывает по портфелю.)
П о л е ж а е в (Марье Львовне). Что он мелет? Что у него в портфеле?
М а р ь я Л ь в о в н а. Я не знаю.
В о р о б ь е в. Помните, Дмитрий Илларионович, я говорил вам утром про типографию, где печатается ваша книга?
П о л е ж а е в (тревожно). Книга?
В о р о б ь е в. Случилось именно так, как я и предполагал. (Пауза.) Типографию заняли большевики и… и…
П о л е ж а е в. «И-и»!.. Говорите без этих ослиных междометий.
Сдержанный смех студентов.
В о р о б ь е в. И теперь это типография Петросовета.
П о л е ж а е в. А моя книга?
В о р о б ь е в. Не беспокойтесь, вот она. (Поднимает портфель.) Я едва успел ее спасти. Я взял ее оттуда буквально в последнюю минуту.
П о л е ж а е в (гневно). Без моего разрешения?
В о р о б ь е в (не понимает). Ну конечно, они не подумали даже справиться, что печатает типография. Им наплевать на все наши ученые труды.
П о л е ж а е в (наступает). Где книга?
В о р о б ь е в. Книга здесь, но, надеюсь, вы завтра же поручите мне отправить ее за границу. (К студентам.) Да, да, господа, несмотря на войну, можно русскую книгу напечатать за границей.
П о л е ж а е в. Отлично!
В о р о б ь е в (увлекаясь). Они там отлично издают книги.
П о л е ж а е в (спокойно). Так. А теперь… (Пауза.) Давайте рукопись и… и… (Показывает на дверь.)
В о р о б ь е в. Вы?.. Меня?..
П о л е ж а е в. Я жду.
Движение среди студентов.
В о р о б ь е в. Я это предполагал. (Вызывающе, с расстановкой.) Я не возвращу вам книгу (пауза), пока вы публично не откажетесь от своей статьи, помещенной сегодня в большевистской газете. (С чувством.) Дорогой учитель, когда пройдут первые дни вашего заблуждения, вы извините предпринятые мной радикальные меры.
П о л е ж а е в (вплотную приблизился к Воробьеву). Дорогой ученик! Когда у вас заживут синяки после вашего падения с лестницы (подталкивает Воробьева к передней), вы извините предпринятые мною радикальные меры.
М а р ь я Л ь в о в н а. Дима… Викентий уйдет. Он сам.
В о р о б ь е в (к студентам). Господа, что вы смотрите! С него станется все. Господа, помогите!.. (Вырывается от Полежаева.)
П о л е ж а е в. Хорош субчик! (Отпускает его.)
Студенты стоят в нерешительности. Общий шум. Марья Львовна незаметно уходит в прихожую. Вдруг сильный стук в дверь. Слышно, как Марья Львовна кому-то открывает.
