Наверное, всё это вместе складывается в ходовое выражение «морская душа». А ему ещё надо окончательно забыть Карину. Выбросить из головы все мысли о ней. Тогда можно представить, что после рейса ждёт его на берегу, например, Верка. А почему бы и нет? Верка с лялькой на руках, красивая, податливая, горячая девчонка…
Стало темнеть. Загорелся топовый огонь на балкере, вспыхнули огоньки на кранах судоремонтного и порта. Захолодало. Геннадий встал, потянулся. Решение принято. Зарываясь туфлями в песок пляжа, пошёл к Приморскому, к ближайшей остановке троллейбуса. Вновь вспомнил Виктора. Жаль, неплохой пацан. Был. И Василий Артемьевич, тоже был. Как всё просто в этом мире, пока тебя лично что-то не касается. А может не просто?
Мишаня брёл по дикому пляжу. В понедельник с утра пляж был пуст. В куче тряпья у ограждения спал мужчина, задрав к небу худое, обросшее щетиной, тёмное то ли от загара, то ли от неумытости, лицо. Рядом с мужчиной сидела женщина, экзотически прибарахлённая в мужские «семейные» трусы и замызганный лифчик. Женщина безразлично взглянула на Мишаню и опять уставилась взглядом на лениво колеблющееся море. Мишаня шёл дальше, к лодочным гаражам, ржавым железным коробкам, натыканным вдоль берега.
У ближнего гаража на песке лежало женское тело. На сером пляжном полотенце оно выделялось своей белизной. Тело было прикрыто большими тёмными очками с наносником и скромным по размеру пляжным ансамблем. Тело было живое – дышало. Мишаня остановился поблизости от тела и задумался. Потом решительно бросил на песок то, что нёс в руках – брюки, рубашку, пакет. Он сел на песок и стал расшнуровывать кеды, поглядывая на лежащую девушку. Мишаня думал: «Если девушка одна, не загорелая, то, скорее всего, это приезжая. Приезжая, возможно, как и он, сдаёт вступительный экзамен в один из двух вузов города.
Разувшись, Мишаня пошёл к воде. Вода была мутной, с грязной пеной, в которой болтались пустые пластиковые баллоны, пучки травы, тряпки. Мишаня оглянулся на девушку. Она не меняла положения. «Ладно, выкупаюсь, лягу, погреюсь на солнышке. А потом видно будет…» Мишане нужно было посмотреть лицо девушки без этих громадных очков, чтобы решить: знакомиться или нет.
Немного поплавав, Мишаня вышел на берег. Девушка позу не переменила. Мишаня приехал в этот город поступать в Университет. Ему было всё равно на кого учиться. Специальность ему выбрала мать, ту, на какой был самый малый конкурс, чтобы сын поступил без осечки. Мать Мишани работала учителем в школе посёлка, и он под её присмотром учился на одни пятёрки. Его отец-молодец свалил на какие-то заработки, и там так заработался, что письмом попросил мать дать ему развод. Мишане в то время исполнилось пять лет. Он остался у матери один.
Мать не хотела, чтобы Мишаню призвали в армию, и уговорила его поступить в ближайший вуз. Мишаня постоял, обсыхая после моря, достал из пакета учебник физики, лёг на песок, положив пакет под голову. Раскрыв учебник, он попытался вникнуть в смысл какого-то закона. Не получилось. Он положил учебник в пакет – голове стало удобнее. Поглядев в синее небо над головой, Мишаня глянул на девушку. Она уже сидела, обняв колени руками, и глядела на море. Очки она сняла. «Симпатичная!» – отметил Мишаня про себя и задал девушке вопрос:
– Вода тёплая, а вы почему-то не купаетесь?
Девушка повернула к нему лицо, чуть прищурив глаза, всмотрелась.
– Я говорю, вода тёплая, – повторил Мишаня. – Идите! Я за вашими вещами присмотрю…
– Благодарю за приглашение, – сказала девушка не очень приветливо, – только я не собираюсь купаться.
«Отшивает!» – констатировал про себя Мишаня. Но не сдался.
– Вы откуда-то приехали? Не загорели ещё…
– Я пешком пришла. – Девушка глянула на Мишаню сверху вниз.
«Местная, значит, или темнит», – подумал Мишаня.
Девушка встала и, закинув руки за голову, потянулась. Мишаня обомлел: вот она, девушка его мечты!
В глянцевых журналах Мишаня нагляделся на красивых девушек. У одной глаза его привлекли, у другой – губы, у третьей – грудь… Так, по частям, по кусочкам. А тут вся, глаз не отвести… Девушка набросила топик, надела джинсы… Мишаня глядел остолбенело и вдруг понял, что сейчас она уйдёт. На непросохшие плавки он натянул брюки, кое-как заправил рубаху, подхватил пакет. Девушка уже уходила. Мишаня пошёл вслед за ней. В голове у него проносились кадры из телереклам, в которых так непринуждённо парни задают вопросы девушкам, а те им с улыбкой отвечают. У него так не получалось. Никак не получалось. Девушка подошла к остановке маршруток. Мишаня затормозил рядом, еле переводя дыхание.
– Так вы… поедете?
Девушка, глянув на него, в первый раз улыбнулась.
– А вы надеялись, что я пойду пешком в вашем сопровождении? Напрасно.
– Вы придёте ещё… сюда? – совсем убито спросил Мишаня.
– Когда-нибудь приду…
Девушка зашла в маршрутку и махнула Мишане ладошкой, затеплив в его душе некую надежду на будущее. Мишаня остался ждать троллейбуса.
