Кендрик откинулся на спинку сиденья и сделал вид, что хочет задремать. Из-под полуопущенных век он следил за затылком большой лысой головы Мак-Дональда, сидевшего в первом ряду. Ему нужно было о многом подумать и многое взвесить. И при этом превыше всего был Махди. Махди! Не тот, который окружил и морил голодом Хартум и Джорджа Гордона в середине XIX века, а живой негодяй, насаждающий террор в Бахрейне столетие спустя! Да, к этому монстру очень сложно подобраться. Его агентурная сеть скрыта, отлично приспособлена к местным условиям, но она есть. Он обнаружил придаток, возможно, лишь щупальца, но это была часть тела спрута. Убийца, сидевший рядом с ним, мог привести к главному проводнику, точно так же, как любой электрический кабель в здании ведет к центральному источнику энергии. «Нужно сделать пять телефонных звонков, десять раз по пять, к не зарегистрированным в телефонных справочниках абонентам в Бахрейне, и лишь один номер будет номером Махди», — сказала Зайа Ятим, а уж она знает, о чем говорит. Пятьдесят звонков, пятьдесят телефонных номеров — и один из пятидесяти неизвестных мужчин и женщин знает, где находится Махди, знает, кто это такой!
Он придумал «экстренный случай», действуя по системе Менни Уэйнграсса. А именно: когда имеешь дело с потенциальными клиентами, которые не хотят или не могут общаться друг с другом, нужно создать критическую ситуацию. Скажи, например, первому типу, что ты должен получить ответ в среду, а то мы уедем в Эр-Рияд. Второму невежде скажи, что мы не можем ждать дольше четверга, потому что в Абу-Даби полно работы и нам стоит только попросить и т. д.
Сейчас Кендрик, конечно, находился в несколько иной ситуации, но методика была та же. Лидеры террористов, находившиеся в посольстве в Маскате, были убеждены, что у их покровителя Махди возникла критическая ситуация, так как он велел Амалю Бахруди из Восточного Берлина доставить одного из них в Бахрейн. Агентам же Махди через международное телевидение было передано, что «друзьям» направлено «срочное послание», и на него нужно «немедленно ответить» — это был случай крайней необходимости!
«Все ли я сделал правильно, Менни? Я должен его найти, сразиться с ним, уничтожить его за то зло, которое он нам всем причинил!»
Вскоре глаза Эвана начали закрываться, на него навалилась мертвая тяжесть сна, с которым он не мог бороться. Ему показалось, что откуда-то издалека он слышит тихий смех Эммануэля Уэйнграсса, и он вспомнил свое первое путешествие в Бахрейн.
— …И ради Бога, заруби себе на носу, что мы имеем дело с народом, который управляет архипелагом, а не просто большой территорией, граничащей с другой территорией, которую обе стороны для удобства называют страной. Это государство, которым правит шейх, и состоит оно из более чем тридцати чертовых островов, расположенных в Персидском заливе. Их источник силы не имеет ничего общего с тем, что ты собираешься измерить в акрах, да они никогда и не позволят тебе сделать это.
— На что ты намекаешь, Менни?
— Постарайся понять меня, необразованный механик. Это независимое государство расположено на островках вулканического происхождения, которые защищают порты от штормов в Персидском заливе, между полуостровом Катар и Хаса — побережьем Саудовской Аравии. Последнее имеет особо важное значение из-за Саудовского рычага.
— А какое, черт побери, это имеет отношение к площадке для игры в гольф на этом вшивом острове? Ты играешь в гольф, Менни? Лично я никогда не мог себе этого позволить.
— Погоня за маленьким белым мячиком по территории, раскинувшейся на сотни акров, в то время как вас убивает артрит, а сердце разрывается на части от крушения надежд, никогда не была для меня идеалом цивилизованного преследования. Тем не менее мне известно, что мы вкладываем в эту отвратительную площадку для игры в гольф.
— Что?
— Напоминание о делах давно минувших дней. Так как их источник силы постоянно дает о себе знать каждому в настоящем.
— А ты не мог бы выразиться точнее?
— Прочитай историческую хронику Ассирии, Персии, греков и римлян. Загляни в ранние рисунки португальских картографов и книги Васко да Гамы. Во все времена все эти люди воевали за контроль над архипелагом. Португальцы удерживали его сто лет, а почему?
— Уверен, ты скажешь мне об этом.
— Из-за его географического расположения в заливе, а также из-за стратегической важности. В течение столетий он был желанным центром торговли и финансовым хранилищем.
В этот момент Эван Кендрик, который был намного моложе Уэйнграсса, приподнялся со своего места. Теперь он понял, на что намекал эксцентричный архитектор.
— Вот оно что происходит сейчас, — перебил он Уэйнграсса. — Со всех концов мира через границы туда быстро стекается капитал.
