— Можете расслабиться, майор, вопросов больше не будет.
«Так я тебе и поверил!»
Хотя… возможно, китаец сказал правду: шум в голове постепенно рассеивался, что делало экзамен менее продуктивным. Навыки должны быть отработаны до автоматизма, а потому теорию в отряде частенько сдавали после изнуряющих тренировок. Все верно. В критических обстоятельствах пилот обязан действовать идеально, машинально принимая правильные решения, невзирая на свое состояние и окружающую обстановку. Пилот обязан действовать как компьютер. Нет, лучше, чем компьютер. Компьютер способен ошибиться. Хороший пилот не ошибается никогда. Поэтому в космос летит человек, а не компьютер. Нет, конечно, электронная начинка в корабле самая современная, и ее тоже выводят на орбиту, но в конечном итоге все зависит от человека, и только от него.
— Вы ответили на все вопросы.
Безуглов промолчал. Не орать же в самом деле: «Служу России!»
— Вы единственный, кто не ошибся, — уточнил китаец.
И снова тишина.
— Почему вы молчите?
— Вы ни о чем меня не спрашивали.
— Я вас хвалил.
— Вы подтверждали мои профессиональные навыки.
Усатый пробурчал что-то, но тихо, под нос. И Безуглов окончательно понял, что полкан в комнате для мебели, чтобы не обижать союзников, так сказать, а принимает экзамен китаец.
— Каково это: быть лучшим среди претендентов?
— Непросто.
— У вас нет друзей.
— Нет времени на дружбу.
Китаец отвел взгляд. Сделал пару шагов.
— Я разговаривал с инструкторами. Вы действительно лучший их всех претендентов, майор Безуглов. Но никто из ваших учителей не хотел бы лететь с вами.
— Я знаю.
— Вот как?
— Я ни с кем не дружу, но это не значит, что я ни за кем не наблюдаю, — спокойно ответил Безуглов. — И я понимаю, почему они так относятся ко мне.
— Почему вас не любят?
— Потому что в случае нештатной ситуации номер один я сразу же перекрою разгерметизированные отсеки и не буду пытаться никого спасти. Я это знаю, и они это знают. Они боятся меня.
Китаец кивнул головой:
— Во время экзаменов все курсанты действовали строго по инструкции и перекрывали отсеки.
— Все хотят лететь.
— Да, вы правы, лететь хотят все. Поэтому мы тратим столько времени и сил, чтобы отобрать лучших из лучших.
Безуглов вновь промолчал. Китаец посмотрел на Усатого:
— Он всегда столь немногословен?
— Так точно. Молчун.
— Это плюс.
И вновь внимательный взгляд на майора. Но если поднебесник и хотел что-то прочитать на лице русского, то вряд ли ему это удалось — Безуглов умел оставаться невозмутимым.
