Колчак засмотрелся. Он не был ценителем, но картины оказались великолепны. В них было что-то космическое, воздушное.
От Залесского осталось много вещей, но большая их часть – одежда. Мундиры офицеров всех современных армий, национальные и гражданские костюмы.
Остались и записи. Комендант вел бухгалтерские книги и дневники, но стоило Колчаку в них заглянуть, как его ждала загвоздка – они были написаны на непонятном языке.
– Похоже на санскрит, – предположил Отто Карлович. – Не думаю, что мы найдем кого-то, кто сможет прочесть.
На застеленной кровати лежала черкесская шашка в серебряном окладе. Под ней конверт. Александр Васильевич взял его, но тут же передал Татьяне:
– Читайте, это вам.
На конверте значилось: «Великой княжне Татьяне Николаевне».
Та развернула послание и прочла вслух:
– Ты станешь моей Кали-Майтреей. В тебе сочетаются силы разрушения и любви, а значит, ты сможешь разрушить старое и создать новое. Смертельные опасности будут поджидать тебя на пути, но я оставил подарок, который не раз спасет тебе жизнь. Он спрятан на видном месте, но ты обретешь его в самый нужный момент. Прощай и до встречи. С любовью, твой друг. Постскриптум. Зиверс ничего не знает. Я его обвел вокруг пальца. И все же береги его. Он полезный».
– Отто Карлович, как я понимаю, вас спрашивать бессмысленно? – Колчак повернулся к ученому, и тот недоуменно развел руками.
Они перерыли вагон для порядка, но никаких тайников не нашли.
– Думаю, это та самая шашка, которой Залесский зарубил Юровского и его расстрельную команду, – Татьяна взяла оружие с кровати. – Я беру ее себе. Это символ отмщения за мою семью.
– Как вам угодно, – согласился Колчак. – Ладно, тут мы закончили. Вы двое отправитесь со мной в Омск – после того, как навестим фронт.
– А как же наш бронепоезд? – спросил Зиверс.
– Теперь это мой бронепоезд, – ответил Александр Васильевич. – Я переношу сюда свою ставку.
Зиверс усадил ее в кресло и закрепил голову зажимами. Он был сам не свой.
– Что-то не так, Отто Карлович? – спросила Татьяна.
– Ты ведь помнишь, как росла вместе с другими детьми, и мы вас постоянно тестировали?
– Да, – поморщилась Татьяна. – Но это воспоминания странные. Очень яркие и четкие… И они двойные. Я словно помню их два раза.
– А воспоминания великой княжны Татьяны Николаевны?
– С ними то же самое. Только не два раза, а три. Два раза – очень четко, а третий раз – нечетко, словно в тумане.
– Чертовщина какая-то, – Отто Карлович огладил бороду. – Скажи, Залесский не делал с тобой ничего такого? Он приводил тебя на установку?
– Я не помню… Все, что было со мной во время болезни, – какое-то смазанное.
– Может, он повредил тебя своими шарлатанскими штучками… Впрочем, что гадать? Ты помнишь, как переключаться между личностями, которые в тебя скопировали?
– Нет.
– Нет?
– Честно не помню.
– Черт знает что, – покачал головой ученый. – Ладно, напомню. Есть три оси. Первая ось – горизонтальная, проходит сквозь твои уши. Мысленный поворот вокруг этой оси будет переключать тебя между записанными личностями. Копия сознания – это квантовая голограмма, но для входа в каждую есть своя плоскость поляризации. Плоскости всех личностей проходят через первую ось. Это называется каруселью личностей. Вторая ось – вертикальная – это ось умений. С помощью свинцовых масок, не пропускающих рентгеновские лучи, мне удается изолировать отдельную область мозга, отвечающую за конкретный навык, так что я могу скопировать тебе не всю личность, а только ее часть. Понимаешь?
– …Да.
– Хорошо. Плоскости поляризации для навыков проходят через вторую ось – вертикальную. Поэтому ты одновременно можешь встать сразу на две плоскости – включить себе нужную личность и нужный навык независимо друг от друга.
– Отто Карлович, а третья ось?
– Третья?
– От носа к затылку.
– Это резервная ось. Я ее не использую… Смотри, сейчас принесут тело. Я закреплю его в соседнем кресле, установлю свинцовые маски, и мы скопируем тебе умения.
– Какие умения?
– Залесский был прав, считая, что тебе грозит опасность. Круг наверняка станет на нас охотиться, раз мы помогаем Колчаку. Все-таки Залесский крепко нас подставил со своими выходками… Труп, который мы сейчас используем, я получил от Колчака. Это казачий атаман, погибший в бою с большевиками. Он был известен тем, что маетерски владел шашкой и метко стрелял из нагана. Тебе пригодится. Сможешь хотя бы постоять за себя. Но если Клуб пошлет своих ассасинов, тебе точно капут.
– Будь что будет. Я готова. Давайте копировать.
Сегодня должен был состояться ее дебют при генеральном штабе Колчака.
– Я не хочу оставаться просто символом. Хочу быть по-настоящему полезна, – заявила она Александру Васильевичу.
