— Я всегда злилась на очень плохую человеческую привычку как желание на все вокруг вешать ярлыки. Надо сказать, массовые стереотипные ярлыки. Но со временем я смирилась с тем, что человеческую глупость не перебороть, а нервы свои на объяснения тратить жалко. — От слов девушки я почувствовала стыд за себя, потому что сама являюсь одной из тех, кто вешает ярлыки на других. — Ни с кем не общаешься в университете — значит забитая тихоня, поглощенная в свой внутренний мир и наверняка не имеющая друзей.
— Но к отпетым гопникам это не относится, — попыталась пошутить я.
— Возможно. Но ведь каждый поступает так или иначе по какой-то причине, известной лишь ему одному. Вот я, например, предпочитаю одиночество здесь не потому, что так хочу, а потому, что не нашла подходящей кандидатуры в качестве друга, человека, с которым можно хорошо общаться. Либо все глупые, либо слишком заумные…
— Да, есть такое, — улыбнулась я. — Это, наверное, чудо, найти себе в университетской среде настоящего друга.
— Точно. Я к чему все это говорю… Год назад я пришла в этот университет, чтобы завести друзей, получить знания и все такое. И вообще, когда в твоей жизни начинается новый этап, хочется унести из него что-то хорошее. Безусловно, «что-то хорошее» мы прихватываем с чем-то плохим. Так вот, я и хотела с кем-либо познакомиться, подружиться. И представь мое разочарование, когда из всего потока лишь несколько человек соответствуют твоим ожиданиям, но и они уже заняты. — Я кивнула, размышляя над сказанным. — Вот и получается, что в такой ситуации из данного этапа жизни ты уносишь разочарование и одиночество. А еще говорят, что студенческая пора — самый лучший период в жизни человека! — Маша смеется. — Вот уже второй год я опровергаю это.
— Что тебе сказать… еще только начало. Впереди третий, четвертый и, наконец, пятый курс. Может, дальше начнется самое интересное?
— Нет. Я чувствую, что ничего подобного не будет. А своим предчувствиям я всецело доверяю.
— Я бы не стала идти на поводу у своего предчувствия. Вон, оно меня уже подвело… — проговорила я, вспоминая, как то самое предчувствие твердило мне о том, что с Русланом меня ждет безграничное счастье.
— Эй, — Маша сочувственно берет меня за руку. — Может, оно к лучшему?
— Может. — Осматриваю свой пустой стаканчик из-под чая. — Скоро звонок. Пошли? — Мария утвердительно кивнула, и мы не спеша отправились в аудиторию.
Девушка предложила мне пересесть к ней, что я охотно и сделала. Что ни говори, но вдвоем веселее. Маша оставшийся перерыв рассказывала свои смешные истории, чем чертовски подняла мне настроение. Теперь я увидела ее с другой стороны: жизнерадостная, обаятельная девчонка, которая умеет находить общий язык с людьми. По крайней мере, со мной уж точно. А ярлыки — вещь глупая и бесполезная.
Поразительно: потеряв что-то одно, тотчас обретаешь потерянному замену. Но почему же не может быть все сразу?
Глава третья
После занятий я претворяю задуманное в реальность: попрощавшись с Машей, следую за Русланом к нему домой. Конечно, я бы поговорила с ним здесь, на улице, подальше от корпуса, но, к сожалению, новообретенные друзья Руслана теперь таскаются с ним вплоть до его подъезда. Он всегда притягивал к себе людей, но насколько я помню, за ним никогда не тянулась такая свита «поклонников». Чувствую себя Бондом, пытаясь не попасться на глаза «объекту», и, тем не менее, держа в поле зрения его затылок, с русыми волосами ежиком. На улице ветер начал метать из стороны в сторону первые опавшие листья, которые еще не сменили свой цвет на грязно-коричневый. Люблю начало осени и этот робкий холод, когда уже хочется завернуться в одеяло, пока еще обогреваемое остаточным летним теплом, но уже изредка поливаемое осенним дождем.
Приближаясь к трехэтажному дому Руслана, который, к слову, находится на той же старинной улице, что и университетский корпус, где все дома напоминают картину из прошлого — старый облупленный кирпич, окна с витиеватыми рамками, пустые деревянные лавочки, — его "друзья" постепенно отсеялись. Тогда я ускорила шаг и поспешила за парнем. Его дом снаружи, собственно как и изнутри, хоть и выглядит неприступно и величаво, все же кто-то постоянно умудряется ломать домофон, отчего я беспрепятственно проникаю внутрь и свободно шагаю на третий этаж. Слышу хлопок: парень уже дома. Что ж, придется нарушить мне его спокойствие, нажав на дверной звонок. Буквально через пару секунд открывается дверь:
— Впустишь? — спрашиваю я, глядя в испуганные и удивленные глаза Руслана. Или испуг мне только показался?
