Повороты полностью

Рэйчел вспомнила про Вирджинию. Теперь ещё и это. Уолтер не ездил к Вирджинии, но Саре сказал, что ездил, и что там ничего интересного. С моргом то же самое. Мозг Рэйчел усиленно пытался справиться с полученной информацией и не хвататься за первые попавшиеся мысли и подозрения, но получалось плохо. Где-то хлопнула дверь, и Рэйчел вздрогнула от неожиданности.

Чёрт побери, что это значит, Уолтер Корнетто?

Какое своеволие!

Уолтеру жутко не понравился тот факт, что Рэйчел начала самостоятельно принимать решения, не ставя его в известность. А если бы она решила навестить Митчелла? Просто возмутительно. Только этого ему не хватало.

Сара и Райан также не особо порадовались этой новости, но, конечно, по другим причинам. Как бы то ни было, Рэйчел своим поступком только сделала себе хуже — эта её самостоятельность, граничащая с наглостью (как можно было ему ничего не сказать), только лишний раз вызвала у Сары и Райана подозрения и недовольство. Безусловно, ей это не пойдёт на пользу.

Оуэллс не переставал удивлять Уолтера. Вырезка с Хоффманом, конечно, была на месте, но кроме того они нашли его дневник, чего Уолтер никак не ожидал. Не у такого человека. Дневник, прости господи. Но это было важно — и Уолтер тщательно пробежал глазами каждую его страницу, но, к счастью, не нашёл ни слова про себя или про их сделку. Только вот записка эта, выпавшая из дневника, возможно, имела некую ценность. «Я могу тебе помочь. Олив. Манченцо». Если это как-то связано с ними, то, разумеется, надо это уничтожить и удостовериться, что этот Манченцо не представляет угрозы. Как неудобно. И откуда он взялся? Мартин ни слова не говорил о нём. Он вообще не должен был ни с кем контактировать, и уж, конечно, не смел заикнуться о сделке. Так что это ещё за Манченцо, который, видите ли, может ему помочь? В чём же, интересно?

Как назло, Рэйчел тоже успела заметить выпавший листок бумаги и заинтересовалась им. Ничего не поделать, пришлось в итоге сфотографировать и его, конечно. Разумеется, потом он уничтожит его и удалит с телефона все фотографии. Но пока не стоило вызывать подозрений Маккартни.

Вернувшись в отдел, Рэйчел засела за фото дневника, не переставая удивляться необычности характера Мартина Оуэллса и несоответствию его записей его образу жизни и деятельности. Да, и такое бывает. Поговорив с Сарой и Райаном, Уолтер решил, что надо от греха подальше забрать у Рэйчел адрес Манченцо — а то вдруг решит сама его проверить. Поразмыслив, что тот не представляет угрозы, — всё-таки Оуэллс не такой дурак, чтоб допустить это — он решил, что лучше ему и не показываться этому Манченцо. Мало ли что! Нехорошо будет, если тот его потом опознает или скажет, что Уолтер к нему наведывался.

На всякий случай он свяжется позже с Оуэллсом и узнает подробнее, что к чему. А пока — пока он забрал фото записки у Маккартни и несколько раз сказал ей ничего без него не делать. Всё же его правда волновал этот вопрос.

Та, видимо, чувствуя, что не стоило ездить к Паркер без разрешения, слава богу, не просилась ехать с ним к Манченцо. Разумеется, он бы её не взял, но так хоть не пришлось отказывать. Оставив Маккартни наедине со скучным отчётом, он уехал. К Манченцо — но, конечно, не к нему. Этот адвокатишка уже не так сильно его волновал — а вот то, что он не может дозвониться до Оуэллса, волновало его куда больше. Дома его тоже не было. Чёртов ублюдок, неужели решил слиться? Уолтер был зол. Маккартни в отделе закончила отчёт, и Уолтер решил отправить её домой, пусть выспится. Кто знает, что она может ещё надумать, если будет без дела болтаться в отделе.

Так и не связавшись с Оуэллсом, Корнетто плюнул на всё и в итоге тоже поехал домой спать. За последние дни спал он очень мало. Поспишь тут, пожалуй, когда то одно, то другое. Но и в этот раз особо выспаться ему не удалось — несмотря на дикое желание заснуть, ему удалось сделать это только под утро — организм уже так привык. На следующий день Уолтер приехал в отдел не очень добрый и не очень выспавшийся, мягко говоря. Почему-то именно в это утро он осознал, как же он устал. Как его достало это дело и все, кто с ним связан. И все эти проблемы, которые, кажется, никогда не кончатся. Чёрт побери, Уолтер Корнетто устал — а это редкость для него. Маккартни, которая вообще-то должна была быть выспавшейся и отдохнувшей, выглядела не лучше Корнетто. Оба провели эту ночь в раздумьях, и не очень-то весёлых.

А потом началось.

Позвонила Сара, которая решилась, наконец, вопреки всем возможным последствиям чётко обвинить Маккартни в подставе. Уолтер не ожидал, что она решится рискнуть. Видно, совсем её там замучали.

На самом деле он что-то совсем расслабился и перестал ожидать от людей того, что они потом делают. Он не ожидал, что Ричард решится его убить. Что Рэйчел начнёт проявлять сообразительность и самостоятельность. Что Сара плюнет на всё и напишет официальную бумагу.

Чёрт, кажется, он начал недооценивать людей. Неужели стареет? Не дело это.