Иногда я чувствовал, что мое сознание распространялось не только на тело Святослава. Я был миром, и мир был мной. Хотя и в границах моего человеческого восприятия, моего сознания. Вот как сейчас…
Я резко остановился, хладнокровно взглянув в темноту правой части Т-образного коридора. В моих руках словно по волшебству возникла противотанковая граната, которую я носил в подсумке на пояснице. Задумчиво потеребонил чеку, словно женский сикель, но решил не действовать поспешно.
Граната, судя по всему, все равно окажется бесполезной.
Зажал кнопку тревожного сигнала на коммутаторе. Вскоре здесь будут все сильнейшие бойцы города: от Дункана и Ларавель и вплоть до тигрицы Киары. Аналогичный «сигнал» в любое время могли подать и они.
За углом в темноте скрывалась фигура, никак не выдававшая свое присутствие. Не будь у меня расширенного восприятия, и я бы ее тоже мог не заметить. Противник даже не дышал. Казалось, его сердце билось не чаще раза в минуту. И эта минута еще не прошла. Потрясающая концентрация.
Удивлен. Это кто же решил послать по мою душу убийцу в ранге Мастера? Очень сомневаюсь, что у Холландов или даже Вэйхуа могли быть связи с подобным штучным специалистом. Но тогда кто… Кому я еще успел перейти дорогу… Гилфорды?
— Выходи.
Низким голосом сказал я, действуя на опережение, пока враг думал, случайно ли мои шаги остановились посреди тускло освещенного коридора. Вот кстати единственный прокол — освещение здесь обычно более яркое.
Невероятное удивление ощутилось из-за угла. Раздался тихий вздох.
Из теней словно выплыла точеная фигура в черной одежде и аналогичного цвета демонической маске. Необычный цвет глаз, узкие, почти кошачьи зрачки. По внушительным изгибам сразу понял — женщина. За ее спиной находились парные клинки.
Она бросила быстрый равнодушный взгляд на гранату, которой я с характерным звуком отвешивал щелбаны «динь, динь, динь».
Пытаясь скрыть свое удивление, убийца спросила:
— Как ты узнал, что я там?
— Скажу, если скажешь, кто послал тебя.
— Я сама по себе, Двейн, — сверкнула она пурпурного цвета глазами. — Но даже если меня кто-то послал — я бы не сказала тебе. Профессиональная этика.
— Даже перед смертью цели? — оскалился я и одним круговым движением ослабил перевязь и обнажил тяжелую саблю из-за плеча.
— А ты уже собрался умирать?
Взгляд убийцы блеснул. Ее тело покрылось ярко синей аурой. Аурой энхансера четвертого ранга. Даже в шести метрах от нее я почувствовал угнетающее воздействие. Пожалуй, если бы она захотела — обычный человек рухнул бы под давлением ее ауры.
— Я готов умереть в любую секунду, именно поэтому я выживу там, где умрут другие, — сузил глаза я.
— О? Знакомая тема… — глаза убийцы улыбнулись. — Но не боятся смерти только дураки.
— Нет, еще безумцы.
— Считаешь себя дураком или безумцем? — ее глаза продолжали улыбаться.
— Ни тот и ни другой.
— Мне нравится твоя уверенность… — задумалась убийца. — Как насчет такого предложения: если встанешь на колени, я просто уйду и даже не попытаюсь забрать твою жизнь… И больше не приду.
Усмехнулся одним уголком рта, покрывая тело насыщенным эн-доспехом:
— Неплохое предложение. Но за свою жизнь… Я не встану на колени даже перед дьяволом! Даже перед самим богом!
Глаза убийцы удивленно расширились.
В этот момент с двух сторон послышались почти одновременные быстрые шаги.
Со стороны коридора за спиной у убийцы появилась Луньес с гаусс-винтовкой наизготовку и сразу взяла ее на прицел. А за моей спиной из коридора тенью выскочила Ларавель, ощерившись клинком. Но в следующий миг она тихонько воскликнула:
— Что, сестра⁈
Убийца перестала обращать на меня внимание и прикипела взглядом мне за спину.
Незавершенный пазл в моей голове треснул и немедленно сложился в новую фигуру. Я ослабил хватку на зульфикаре и подал знак Селии опустить гауссовку.
Ларавель, как кошка прыгнула в объятья сестры, которая сняла маску и тряхнула длинными черными волосами, обнажая лицо, ни чуть не уступающее в красоте Ларавель или Селии.
С чувством она обняла Ларавель двумя руками. Мысленно я наложил их фигуры друг на друга — действительно похожи не только лицами — изгибы попы и груди могли убить наповал почти любого мужчину. Невольно сравнил: разве что ножки сестры были подлиннее, а, следовательно, и рост немного выше.
Продолжая держать сестру в объятиях, незнакомка обворожительно, но слегка холодновато улыбнулась мне и представилась:
— Мне зовут Дайна, Двейн. Я приехала помочь.
— Такому специалисту всегда найдется применение, — улыбнулся я в ответ и закрепил саблю за спиной.
Так вот о каком «сюрпризе» говорила Ларавель…
