Душа обращена и вверх и порождает низшее, поскольку совершенное не может не порождать (V 1, 7, 37-49). Тройственность истинно-сущего признавал и Платон (Epist. VII 312 е), называя "отца причины" (323 d) и подразумевая под причиной ум и демиурга (Tim. 34b), причем этот демиург образовал душу из смеси в чаше и определил душе управлять всем миром (Tim. 41 d). Этот текст Плотина - со ссылками на Платона - V 1, 8, 1-6, причем Платон называет отца причины высочайшим благом (R.Р. VI 509 b). Платон, по Плотину (соответствующего текста из Платона Плотин здесь не указывает), "часто называет сущее и Ум идеей" (idean - V 1, 8, 8-9).
Ясная формулировка трех основных ипостасей (V 1, 10, 1-4). Три основные ипостаси существуют и в нас самих, образуя внутреннего человека (V 1, 10, 5-6), но не пространственно, а только некой своей частью, как и у Платона (Tim. 36 е) демиург распростер душу вокруг мира. Голова нашей души выше небес (Tim. 90 а). Платон (Phaed. 67 с) советует "отделять" душу от тела. Противоречие суждения души о справедливости и красоте возможно только, если есть сама идея справедливости и красоты (V 1, 11, 1-6). Но нам свойственно также и то, что выше Ума, подобно тому как в круге существует единый центр при бесконечном количестве радиусов (V 1, 11, 7-15). И Единое тоже обладает энергией (V 1, 12, 3-4), равно как и все три ипостаси (V 1, 12, 3-5).
Для восприятия своего единства необходимо отвлечься от всех отдельных ощущений (V 1, 12, 12-20). Единое переполняется самим собою, откуда и возникает все иное (V 2, 1, 8-9). То, что получилось в результате переполнения Единого, созерцает себя и потому делается Умом (V 2, 1, 9-11). Ум есть бытие и ум вместе (V 2, 1, 12-13). Ум тоже переполняется, откуда и возникает новое инобытие, а именно Мировая Душа, которая есть образ Ума так же, как Ум есть образ (eidos) Единого (V 2, 1, 13-17). Кроме эйдоса, здесь говорится также и об энергии (V 2, 1, 16). Двойная природа души - и мировой и человеческой (V 2, 1, 18-28). Эманация есть постепенное снижение Единого, хотя предыдущее не истощается через последующее худшее, и вся эта цепь непрерывна (V 2, 2, 28-29). О непрерывном восхождении низшего к высшему - также и V 3, 9 - вся глава.
Самопознание души не основывается на ощущениях, поскольку они относятся не к душе, а к телу, и не на отдельных дискурсивных моментах мышления, потому что они имеют значение сами по себе, а душа ради самопознания должна познавать себя как целое (V 3, 2 - вся глава). Ум, действующий в нас, обыкновенно не есть ум в настоящем смысле слова, но только logos, logidzomai, то есть только дискурсивное мышление (V 3, 3 - вся глава) или dianoia (V 3, 4, 8). В чистом Уме не может одно познаваться другим, но мыслимое и мыслящее, безусловно, тождественны. Кроме того, мыслящее и мыслимое, как и сам Ум, суть энергии, то есть они тем самым выявляют и самих себя в отдельности, как и весь Ум (V 3, 5 - вся глава). Самопознание Ума не имеет ничего общего с его практической деятельностью (V 3, 6 - вся глава). "Ум есть в самом себе энергия" (V 3, 7, 25-26). В отличие от Ума Душа частью созерцает себя самое, частью же - другое, но и в этом последнем она все же остается отдаленным подражанием Уму (V 3, 7 - вся глава). О том же самом и V 3, 8 - вся глава. Говорится о необходимости множественности для Ума, так как простому нечего мыслить в себе (V 3, 10 - вся глава). Однако это и значит, что существует абсолютное тождество, превысшее множественности Ума (V 3, 11).
Итак, в "Эннеаде" V, формально посвященной Уму, до сих пор по преимуществу говорилось об отношении Ума к Душе, но не меньше того здесь будет говориться об отношении Ума к Душе и Единому.
г) Здесь приводится самое замечательное доказательство самодовлеющей ипостаси Единого (V 3, 12). Единое отличается от Ума тем, что не нуждается даже и в самом себе (V 3, 13). Невозможность высказывания еще не есть невозможность соприкосновения. Уже самая невозможность высказывать есть нечто весьма важное для познания (V 3, 14). Исходящее из Единого обязательно менее совершенно и множественно, но Единое в нем остается, потому что без Единого никакая множественность не есть сущее (V 3, 15, 6-15). Единое есть всемогущая потенция всех вещей, но не самые эти вещи в отдельности. И тут же - о различии потенции Единого и потенции материи (V 3, 15, 32-34). Об этой же dynamis и даже amёchanos dynamis (V 3, 16, 2-3). Нисходящее всегда менее совершенно и просто, чем предыдущее, и потому эта иерархия развивается обязательно в нисходящем порядке (V 3, 16, 5-8).
