Каждую ночь на протяжении месяца ей снились кошмары. Она очень изменилась, стала нервной, раздражительной, могла вспылить без всякого повода, кричала на коллег, а по вечерам плакала у себя на кухне. Она перессорилась со всеми подругами и испортила отношения с начальством. Это уже было серьезно.
Она понимала, что с ней происходит что-то неладное. И однажды решилась обратиться к врачу-психиатру. Ей было очень стыдно: боялась, что кто-то из знакомых узнает об этом.
Врач пытался выяснить: в чем причина расстройства ее психики? Спрашивал: не случилось ли с ней какого-то несчастья? Он имел в виду развод, серьезные неприятности на работе, несчастье с близкими людьми. Она рассказала, что ее обокрали. Может быть, в этом причина ее горестей? Александра Васильевна покачала головой — нет, из-за денег она никогда не переживала. Но вернувшись домой, она подумала, что ее болезнь началась не из-за кражи, а сразу после странной истории, детали которой она никак не могла припомнить… Словно в тот день что-то случилось с ее головой. Ей вспоминались только какие-то фрагменты…
Мужское лицо, склонившееся над ней, руки, снимающие с нее одежду… А что было потом? И кто был этот человек и зачем он к ней приходил?
Елена Борисовна едва не опоздала на электричку. Она везла в город выращенную картошку, но сумка порвалась, и она еле дотащилась до станции. К счастью, электричка опоздала на десять минут и она успела.
Но когда вошла в вагон, сумка треснула и картошка рассыпалась по полу. У нее прямо слезы из глаз брызнули. Но тут какой-то мужчина, который читал газету у окна, поднялся и стал ей помогать. Он вытащил из кармана куртки пустой пластиковый пакет и отдал ей. Вдвоем они все быстро подобрали. Ей повезло, что в пустом вагоне оказался такой приличный и обходительный человек.
Они разговорились и, беседуя, не заметили, как подъехали к городу. Он оказался настолько любезен, что проводил ее до дома и дотащил картошку. Когда они подошли к подъезду, у нее мелькнула мысль пригласить его выпить чашку чая, но Елена Борисовна была женщиной строгих правил. Она записала ему свой домашний телефон и разрешила позвонить.
Он позвонил на следующий день и сказал, что у него есть очень хорошая пленка для парников — она же интересовалась. Он готов занести. Поколебавшись, она пригласила его.
В следующее воскресенье Елена Борисовна опять с утра уехала на дачу. Вернулась поздно вечером — и опять с большим грузом.
Она поставила тяжеленные сумки перед дверью, полезла за ключами в карман и вдруг увидела, что дверь не заперта. Она осторожно толкнула ее, вошла, включила свет и сразу же бросилась к потайному месту, где хранила деньги, документы и другие ценные вещи. Документы были на месте. Деньги и ценности исчезли.
Она набрала 02.
Приехавшие милиционеры сошлись во мнении, что орудовал кто-то свой, кто знал, где что лежит.
Когда милиционеры ушли, Елена Борисовна села за стол и расплакалась — впервые за многие годы. Не тот она была человек, чтобы так переживать из-за украденных денег, но слезы лились из глаз помимо ее воли. Она ничего не могла с собой поделать.
Районный врач-психиатр, который не верил в вампиров, устроил своей пациентке консультацию у профессора.
Валентина Петровна, стараясь держать себя в руках, рассказала, что в последние недели с ней происходят сплошные несчастья. Она поссорилась с начальником, из-за чего ее могут выгнать с работы, ее квартиру обокрали, а сама она стала жертвой вампира.
Профессор пытался заставить ее вспомнить, каким образом она столкнулась с вампиром. Где это произошло? Когда? У нее в квартире или на улице?
Профессор видел, что она мучительно пытается вспомнить, но не может. Словно ее память заблокирована. Тогда профессор сменил тему и стал расспрашивать ее, чем она занимается, что с ней происходило в последнее время, где она бывает, с кем встречается.
Рассказ ее был простым. Утром — на работу, вечером — домой, по дороге забегала в магазин. В субботу уезжала на дачу. Две недели назад у нее протекла крыша.
Ей срочно пришлось искать работяг, которые согласились бы в воскресенье попахать. Она провозилась с ремонтом весь день и прибежала на станцию буквально к последней электричке, чуть не опоздала.
Села в поезд и облегченно вздохнула. Вдруг появились контролеры — она удивилась: вот, стахановцы, в такое время работают. Полезла за кошельком, чтобы билет показать, стала рыться в сумке, а кошелька нет! Расплачивалась с рабочими за крышу и оставила кошелек на даче. Денег там кот наплакал, но у нее с собой ни билета, ни проездного на метро. Как же она домой доберется? И что сказать контролерам? Ни билета, ни денег на штраф! Что с ней сделают — высадят из поезда? Какой позор! Никогда в жизни она не оказывалась в такой унизительной ситуации.
Валентина Петровна что-то лепетала, показывала раскрытую сумку, но контролеры глядели на нее равнодушно и требовали или предъявить билет, или заплатить штраф.
Вдруг с другого конца вагона подошел незнакомый мужчина, спросил у контролеров, какие нынче штрафы берут, достал деньги и расплатился за нее. Контролеры ушли.
