— Называй меня как хочешь, только прошу, не печалься. Если не хочешь ехать к владычице, я не стану заставлять тебя. Я хочу, чтобы ты была радостна и беззаботна. И если это возможно совместить, чтобы ты была рядом со мной. Если нет — отпущу тебя. В Сиршаллене есть смертные… как женщины так и мужчины. Ты найдешь себе супруга по сердцу, хоть выбор твой будет и не велик. Но прими решение сегодня. С каждый днем мне сложнее отпустить тебя. Еще немного, и я знаю, что уже не смогу. Не хочу принуждать тебя против твоей воли.
— Если я останусь… ты будешь со мной? Не как с ханти и не как с госпожой сердца, а просто со мной? Во всех смыслах? Мы будем вместе как… как люди?
Джон скорбно нахмурился.
— Я не смертный муж и не могу им быть.
— Я и не прошу тебя стать смертным. Я прошу… быть для меня… моим Джоном.
Он отрицательно покачал головой.
— Это против наших законов.
Софи с печальной улыбкой тяжело вздохнула.
— Хорошо. Я понимаю. Это ничего… наверное, так даже лучше. Ты сделай все как нужно. Если я уеду сейчас, наверное, пойдут разговоры, не хочу, чтобы у тебя были проблемы…
Джон посмотрел на нее, и Софи поняла, что он близок к тому, чтобы заплакать. Софи пораженно умолкла и тут же отвела глаза, словно увидела что-то слишком личное.
— Эм… — она с трудом заставила себя говорить, глядя только на свои ладони. — Я могу пока носить все эти платья с твоей звездой… А потом… потом когда станет удобно ты… как там у вас это делается? Уведомишь всех, что я больше не госпожа…
Джон отстранил ее и встал. Он отвернулся, тяжело дыша, и крепко сжал руки в кулаки.
— Я знал, что счастье мое будет не долгим, но… чтобы настолько! — с горьким смехом сказал он. — Солнце не зашло над Сиршалленом и десяти раз, а моя звезда уже тебе в тягость.
Софи мучительно сцепила руки в замок.
— Я могу носить ее, если тебе это нужно…
— Носить из жалости? — процедил Джон. Он обернулся и поглядел на нее хмуро и с отчетливой болью. — Сколько времени ты дашь мне? Месяц? Год? — он холодно сжал губы. — Пока ты носишь мою звезду, ни один мужчина в Сиршаллене, смертный или бессмертный, не посмеет тебя коснутся. А если посмеет, я отрублю ему руку.
Софи пораженно сглотнула. Она вспомнила, как Лейн в библиотеке отдернул ладонь.
— Ты… ты серьезно сейчас?
Джон молчал. По его лицу Софи поняла, что это была вовсе не метафора.
— У меня голова кругом, — сказала Софи. — Ладно, давай просто… Я не знаю, Джон! Ты распоряжаешься моей жизнью тут. Сделай все, как нужно. Скажи мне как поступить.
— Поступай так, как желает твое сердце. Я не распоряжаюсь твоей жизнью, я лишь сохранил ее. Это не значит, что я… твой хозяин.
— Я полагаю, что жить вместе нам… не стоит. Это… не слишком удобно.
— Я покину дом и не переступлю больше его порога, — отрезал Джон.
Софи пораженно вскинула брови.
— Нет! Ты что, это же твой дом!
Джон дернул плечом.
— Я никогда уже не буду в нем счастлив. После всего…
— Никогда-никогда-никогда! — вспылила Софи. — До чего же ты обожаешь это слово!
— Я говорю как есть! — взорвался Джон. — Все это будет лишь терзать меня воспоминаниями! — он взмахнул рукой, указывая на тахту.
— Я здесь всего неделю. Ты забудешь об этом…
— Нет! — отрезал Джон. — Я не забуду! Я — эльф, и моя память будет хранить каждый миг! Это вы забываете все, стоит лишь листьям пару раз опасть!
— Ну извини, что мы так устроены! — обиделась Софи. Она угрюмо спрятала лицо в ладонях. — Джон… почему мы мучаем друг друга? Зачем это все… Просто… давай сделаем вид, что ничего не было и все. Ничего и не было…
Джон хрипло усмехнулся.
— Я отдал тебе венец, я отдал тебе звезду и свое сердце, и так ты говоришь об этом? Ничего? Вот что это значило для тебя?!
— Перестань! Ты знаешь что это… это значило для меня очень многое. И я сейчас умереть готова от ужаса, что все так закончиться. Но… я ведь должна думать о будущем. Что со мной будет завтра или послезавтра, или через пять лет?
— Смертные! — прошипел Джон. — Почему будущее тебе важнее настоящего?!
— Потому что у меня его не вся вечность, Джон! — крикнула Софи. — Что я буду делать? Я буду жить рядом с тобой как… как кто? Как госпожа твоего сердца, которая умрет и состариться раньше, чем ты сможешь быть со мной? — Софи рассмеялась. — Что это за жизнь?!
— Лучшая, что ты можешь обрести рядом со мной. — Джон улыбнулся. — Прости меня. Я, как и всегда, веду себя недостойно. Пусть ты не хочешь быть моей госпожой, я волен считать тебя ею и относиться к тебе соответственно. И вместо почета я бросаю тебе обвинения. — Джон с силой потер лицо рукой. — Если бы ты была эльфийкой, то давно поняла, как я жалок. Как ужасно эгоистичен и требователен. Как… порочен. Нет… мое счастье не было недолгим. Десять рассветов — и то много для такого как я.
Софи чуть снова не расплакалась от досады, так скорбно Джон выглядел.
— Перестань. Ты… ты был добр и ласков со мной, мне не в чем тебя упрекнуть. Просто… Просто ваши законы такие. И если ты не можешь их нарушить, значит… Я тоже могу себя ругать. Я все делала не так. И… Ох, Джон, давай просто… все это очень… тяжело.
