Выхаживая по асфальтированным тропинкам и высматривая нужного человека в толпе гуляющих, я начала мысленно корить себя. «Ты серьезно думаешь, что хладнокровный убийца, пугающий тебя в лесу, это тот самый милый старичок-лодочник?» После этого я запела, опять же мысленно, «Я убью тебя, лодочник», но и это не помогло. Я никак не могла заставить себя вернуться к воротам и уехать наконец домой. В итоге я дошла до того, что спустилась к лодочной станции и спросила у текущего сотрудника, в какой день старик должен заступить на работу.
— А зач… — начал он что-то спрашивать, затем, по всей видимости, меня узнал, потому что легко ответил: — Послезавтра. — Потом нахмурился, очевидно, не понимая, почему я сама его это не спросила, ведь мы довольно долго сидели на скамейке и общались, но я быстренько ретировалась, пока он не успел ничего сказать.
«Ты же помнишь, что у нас завтра экзамен по истории философии?» — прислала сообщение Наташка, когда я уже собиралась лечь спать.
Черт. Я совсем забыла. И вовсе не готовилась.
«Я приду, не беспокойся», — ответила я и отключила телефон, поставив будильник на семь утра. Сама-то Живцова как собирается сдавать, если она сегодня чуть ли не с утра приложилась к коньяку, а потом еще куда-то поспешно уехала? С другой стороны, заваливать предмет вдвоем как-то приятнее, так что…
С этими мыслями я и заснула. Мне снились эротические сны, настолько долгие и изматывающие, что когда я проснулась от непонятного грохота, то сперва выдохнула недовольно прямо в подушку и только потом отправилась смотреть.
В голове стоял какой-то странный гул, а все вокруг казалось противоестественным. Я вышла в коридор и заметила на полу дорожку из белой простыни. Что это? Как это сюда попало? Я белого постельного белья никогда не держала в доме, я его не переношу.
Дежурного света в коридоре не было, но белая тряпка люминесцировала так, словно была самостоятельным источником света. Дорожка шла от входных дверей к гостевой спальне, дверь в которую была немного приоткрыта — достаточно, чтобы я видела белую полоску ткани и там. Я вошла в комнату, испытывая очередной приступ паники. Кто проник в мое жилище? Зачем выложил дорожку простынями? Что за бред происходит?!
На узкой кровати какое-то неясное очертание. Я обычно туда скидываю одежду, которую планирую постирать, за неимением корзины для белья в ванной. Вокруг было настолько темно, что единственное, что я видела, это белые простыни под ногами и груда чего-то на кровати — и то, потому что она была возле незанавешенного окна.
Груда пошевелилась. Мамочки… Я не буду к этому подходить. И звать я больше не буду. Вдруг оно ответит?
Я сделала шаг к стене и потянулась рукой к выключателю. Он где-то здесь. Я же знаю, это моя квартира! Он точно здесь! Почему ничего не происходит?! Почему свет не зажигается?!
Я оторвала взор от кучи шевелящегося тряпья (или что это вообще такое?!) и посмотрела на выключатель. Да, он на месте. Только вот рука моя проходит сквозь него.
Сердце забилось сильнее. Я что, привидение?!
С этими мыслями я проснулась. Опять. На этот раз по-настоящему. Вся в мокром поту. Подушку и простынь, которой накрываюсь, хоть отжимай. Волосы липнут к голове. Я издала громкий стон и попыталась подняться, но не хватило сил. Сердце билось так же сильно, как во сне. Меня одолела сильная одышка — удел старых, как я раньше думала, людей. Я никак не могла восстановить дыхание. Я глотала воздух так жадно, как не сумел бы даже потерявшийся в пустыне путник, нашедший источник воды. Бросив попытки встать, я откинулась на подушки и отключилась.
Какой-то настойчивый писк вгрызался в мой сон, наполненный кошмарными монстрами, погонями и убийцами. Я открыла глаза: так и есть, уже семь утра, а это — истошные вопли будильника. Хочешь не хочешь — нужно идти на экзамен. Тем не менее, вставая с постели, я ощутила легкое умиротворение: продолжать видеть такие сны — прямая дорога в дурдом. Уж лучше билет с худшими вопросами и моими неумелыми ответами, сдобренными стыдом, чем это еще раз.
Я добиралась до вуза с большими проблемами. Почему-то села не в ту сторону и поехала сперва на юг, а мне нужно было в сторону центра. Но быстро это заметила, пересела, однако пропустила остановку, на которой нужно было выходить. Сначала хотела доехать до другой остановки, а там или идти пешком, или сесть в автобус, но поняла, что так будет дольше и лучше все-таки вернуться. Короче, я снова вышла и пересела, чтобы поехать назад. Нужную остановку опять едва не пропустила, выскочила уже, когда двери закрывались, и они чуть не прищемили мне волосы — на радость заскучавшим пассажирам. Затем я по переходу свернула в другую сторону и вышла на противоположной стороне улицы. Светофор был очень далеко, поэтому снова пришлось вернуться под землю. В итоге, к дверям вуза я подходила за пять минут до начала экзамена, хотя в жизни очень редко куда-то опаздывала и по таким важным дням приходила в институт за час.
