Они пригласили Тима Патерсона из Seattle Computer Products, расположенного на другом берегу озера Вашингтон, и попросили его сконструировать плату, которая позволила бы Apple использовать программы Microsoft, предназначенные для работы на процессорах 8080 и Z80. Плата получила название SoftCard. Патерсон собрал несколько опытных образцов. Конечно, чтобы запустить прикладные программы, плата должна была использовать операционную систему СР/М, для которой эти программы и предназначались. Гейтс подписал соглашение с Digital Research, разрешавшее применять СР/М для SoftCard.
Однажды Аллен и Гейтс снова обсуждали возможности SoftCard. Они пришли к выводу, что если бы Дон Бурдис, продолживший дело Патерсона, довел эту плату до ума, они смогли бы продать 5000 экземпляров. Вскоре Бурдис выполнил задание, Microsoft продала намеченное количество плат за три месяца. Но останавливаться на достигнутом ее руководители не собирались.
SoftCard решила проблему с процессором 6502. Однако что случится, когда появится новая модель? Microsoft придется начинать все заново или писать новые версии SoftCard. Летом 1980 года компания решила прекратить эту возню с новыми версиями. Гейтс и Аллен пришли к такому решению, когда закончили перевод всех своих программ на «нейтральный» язык большого мини-компьютера DEC. Требовалось разработать особый, зависимый от модели чипа, переводчик программ, перерабатывающий их автоматически из «нейтрального» состояния в форму, понятную 6502 процессору или любому другому. Задача была трудной, но экономически выгодной, если компания собиралась сотрудничать в области программного обеспечения со всеми производителями компьютеров и желала приблизить свою продукцию к промышленным стандартам. Такова была идея.
В июне Пол Аллен занялся разработкой Бейсика для машин, основанных на новых микросхемах 8088 и 8086 компании Intel. 8086 относился к новому поколению микропроцессоров, созданных исключительно для маленьких компьютеров. У него была последовательно разработанная система команд, а у системного программиста появилось больше возможностей. Модель имела 16-битную архитектуру, другими словами, 8086 процессор воспринимал в 2 раза больше информации, чем 8080, Z80, 6502 или любой другой 8-битный микропроцессор, которым располагал рынок. Это отличие настолько положительно повлияло на работу машины, что ее объем памяти увеличился в тысячи раз. 8088 был еще одним вариантом 8086 с несколько устаревшими 8-битными характеристиками, но с таким же набором команд, как и у 8086 модели.
Билл Гейтс в это время был занят разработкой версии Бейсика для Atari. Звонок из IBM раздался у него в офисе в один из июльских дней. Билл удивился, но не очень. Представители IBM раньше уже звонили насчет покупки продукции Microsoft, но сделка не состоялась. Тем не менее этот контакт был очень заманчивым. IBM хотела прислать нескольких специалистов из своего филиала в Бока Ратон (Флорида) поговорить с Гейтсом о Microsoft. Билл согласился без колебаний. «На следующей неделе вас устроит?» — спросил он. «Мы вылетим через 2 часа», — ответил сотрудник IBM.
Гейтсу пришлось отменять назначенную на следующий день встречу с председателем Atari Реем Кассаром. В качестве объяснения прозвучало что-то вроде: «Вы же знаете, IBM — достаточно крупная компания».
Так как IBM действительно была достаточно большой компанией, Билл решил обратиться к Стиву Баллмеру, своему консультанту по вопросам бизнеса, бывшему работнику Procter&Gamble. Гейтс познакомился с Баллмером, когда учился в Гарварде в 1974 году, и принял его на работу в 1979 году, когда решил, что Microsoft нужны сильные руководители. Баллмер был человеком решительным и честолюбивым. После Гарварда он поступил в аспирантуру Стэнфордского университета, но бросил учебу, чтобы быстрее зарабатывать деньги.
Стив Баллмер был рад получить место в Microsoft. Ему нравилась и маленькая компания программного обеспечения, и сам Билл Гейтс. Стив напомнил Гейтсу, как в Гарварде убедил его вступить в мужской клуб. Для начала он дал своему другу смокинг, завязал ему глаза, привел в студенческую столовую и заставил говорить с другими студентами о компьютерах.
Гейтсу Баллмер тоже нравился. В общежитии Гарварда Билл вечера напролет играл в покер, а проиграв, шел к Стиву обсудить игру. Как только они начали работать вместе в Microsoft, Гейтс понял, что он многое извлекает из бесед со своим другом, который вскоре стал одним из его ближайших советников. Естественно, что после звонка из IBM Гейтс связался с Баллмером.
«Послушай, Стив, — сказал Гейтс, — завтра к нам приезжают парни IBM, а это — достаточно большая компания. Давай покажем им, что мы не лыком шиты. Почему бы тебе тоже не прийти на эту встречу?»
