Зарайск город невеликий, зато важный. Форпост, защищающий Москву с юга, да со своим кремлём – хоть и небольшой, но прочной каменной крепостью. Пожарский отправился туда не мешкая.
В городе он застал брожение умов. Лазутчики самозванца, кишевшие всюду, будоражили людей посулами и угрозами. На сторону Лжедмитрия Второго вслед за другими городами переметнулась соседняя Коломна. Получил письмо с требованием присягнуть самозванному «царю» и зарайский воевода князь Пожарский. Среди жителей Зарайска вызрел бунт.
– Сдай город без боя, воевода! – с таким ультиматумом подступили к Пожарскому горожане, поверившие словам самозванца. – Отступись от Шуйского! Иначе выдадим тебя на суд к царю Дмитрию и его светлым боярам!
– Вора царём называете?! – гневно обрушился на них князь. – Изменников светлыми боярами величаете?! Не бывать тому, чтоб Пожарские приняли изменный ваш обычай! Стоял и буду стоять за законного царя на государстве!
Воевода действовал решительно. Он приказал сделать в крепости запасы оружия, боеприпасов, продуктов. А потом заперся за каменными стенами вместе с верными бойцами гарнизона. Но твёрже крепостных стен была его воля. Поддержал воеводу и священник Никольского собора, которого тоже звали Димитрий.
– Благословляю тебя, князь, если доведётся, умереть за православную веру и Отечество. – Отец Димитрий осенил склонённую голову Пожарского крестом.
Мятежники пошли на приступ крепости, но их отбили. А затем Пожарский своими горячими воззваниями и решимостью стоять насмерть вынудил горожан одуматься. Вместе с отцом Димитрием они успокоили разгорячённые головы, даже заставили бунтующих устыдиться!
Порешили миром:
– Кто будет в Московском государстве царь, тому и служить, – обещали зарайцы и в знак клятвы целовали крест.
– Будет в государстве по-старому царь Василий, ему и служить, – подтвердил свою присягу Пожарский. – А будет иной законный царь, и тому так же честно служить!
Такая стойкость зарайского воеводы повлияла и на коломенских жителей. Князь отправил к ним призыв выгнать из города тушинцев – и Коломна подчинилась этому требованию. Очень крупный успех Пожарского! Правда, царю Василию Шуйскому это уже не помогло.
Летом 1610 года московские бояре, враждебные царю, совершили позорное деяние. Они изменили законно избранному государю и свергли Василия Шуйского с престола. А чуть погодя отправили его в польский плен, к королю Сигизмунду, который всё ещё стоял с армией под Смоленском. Править государством они хотели сами, поэтому образовали правительство из семи самых знатных бояр. Вместо одного царя на Руси появилось сразу семь некоронованных «царей» – олигархов. Их власть назвали Семибоярщиной, но на самом деле мало кто им подчинялся. Не зря же говорят: у семи нянек дитя без глазу. Русская держава оказалась «безгосударной» – обезглавленной.
Настали самые страшные годы. Страна умирала, задыхаясь в чёрном пламени Смуты. Ей грозил распад. Великий Новгород вскоре захватили шведы, пал и Смоленск под натиском польских пушек. Гибель Тушинского вора в Калуге ничего не изменила. В Пскове, Астрахани уже «царствовали» другие самозванцы. С юга грозили прийти крымские татары. Всюду бесчинствовали ватаги воров и отряды оккупантов – самый отъявленный сброд, жадный до добычи. В душах честных русских людей поселились страх, отчаяние, безнадёжность. Как будто Бог отвернулся от Руси, отдав её на съедение хищникам!
Московские бояре-изменники, видя своё бессилие, решили, что с царём всё же будет лучше. Но на русский трон они задумали посадить не соотечественника, а польского королевича Владислава, сына короля Сигизмунда.
– При таком царе, – сговаривались они друг с другом, – у нас будут развязаны руки. Почёт будет у Владислава, а настоящая власть – у нас.
Дело было за малым: чтобы королевич-католик перешёл в православную веру. Для переговоров к Сигизмунду отправилось боярское посольство. А польский король, ещё даже не дав ответ, послал к Москве большой воинский отряд. И бояре пустили поляков в столицу, распахнули перед ними ворота Кремля. Думали, что их затея уже удалась им, что послушный Владислав теперь у них в кармане. Не тут-то было!..
Тем временем за пределами Москвы рождалось сопротивление планам Семибоярщины. Ведь за королевичем Владиславом стояла коварная фигура его отца. Вскоре уже многим стало ясно, что Сигизмунд сам хочет сесть на русский престол, прибрать к рукам Московское государство. Дворяне-служильцы из Рязани, Коломны, Серпухова, Мурома, Калуги и других городов начали пересылаться друг с другом письмами, собирать ополчение. Во главе этого земского движения встали дворянин Прокопий Ляпунов и князь Дмитрий Трубецкой.
А что же Пожарский?
Дмитрий Михайлович горячо поддержал правое дело. Когда отряды запорожских казаков, польских союзников, осадили Ляпунова в городе Пронске, зарайский воевода не раздумывая кинулся ему на помощь. Запорожцам наподдали, но они захватили Зарайск. Пришлось Пожарскому вышибать их оттуда – и снова успешно.
