Группа шумно устроилась за соседним столом, продолжая обсуждать турнир. Лысый дородный главарь, которого его спутники называли Феликсом, говорил так громко, что даже музыканты в углу зала стали играть потише.
— Я слышал, что принц Айрон лично отобрал эти артефакты и техники из королевской сокровищницы, — продолжал Феликс, хлопая кулаком по столу.
— А ты уверен, что это не ловушка? — спросил юноша с зеленой аурой. — Вдруг принц просто ищет способных адептов, чтобы заставить их работать на себя? Или всех победителей заставят служить в гвардии принца?
— Ха! — Феликс громко рассмеялся. — Пусть попробует! Если я выиграю, то первым делом проверю, насколько остёр этот клинок Безымянного… на его шее.
Хаггард покачал головой:
— Вот идиот. Такие обычно долго не живут.
Я кивнул, но мои мысли были уже далеко. Если артефакт Безымянного действительно будет на турнире, то участие становилось не просто желательным, а необходимым.
Из размышлений меня вывела резкая смена обстановки.
Феликс, громко разглагольствовавший о своих планах, внезапно замолчал, когда к его столу подошёл мужчина, ранее сидевший в углу. В зале воцарилась тишина, даже музыканты перестали играть. Все почувствовали, как воздух наполнился напряжением.
Мужчина был одет скромно, но его аура, видимая мне благодаря чаю, пылала, как солнце. Он остановился в шаге от Феликса и слегка наклонился, чтобы его слова услышали только сидящие за столом.
— Ты уверен, что хочешь проверить клинок на шее принца? — спросил он тихо, но так чётко, что дрожь пробежала по спине даже у меня. Жгуты его ауры словно обвили адептов.
Молодой, что был с зелёной аурой, отрубился и упал лицом в тарелку.
Феликс побледнел. Его глаза расширились, а губы задрожали.
— Я… я просто шутил, — пробормотал он, и в этот момент его штанина стала стремительно темнеть.
Запах мочи распространился по залу, но никто не засмеялся. Все замерли, понимая, что перед ними кто-то очень опасный.
Мужчина медленно выпрямился и окинул Феликса ледяным взглядом.
— Клятвы, данные принцу, связывают меня по рукам и ногам. Я не люблю убивать за слова, но обязан устранять всякого, кто угрожает принцу. Если я ещё раз услышу, что ты рассуждаешь о подобном, твоя голова покатится по полу раньше, чем ты успеешь испугаться.
— Я… я отрекаюсь от своих слов! Это была глупая шутка! — Феликс кивал так быстро, что его подбородок затрясся.
Мужчина повернулся и спокойно вернулся на своё место. Музыканты осторожно возобновили игру, а в зале снова зашептались, но теперь уже о другом.
— Вот это силища, — покачал головой я, делая очередной глоток чая. — Кто это может быть?
— Вообще, говорят, что к каждому члену королевской семьи в младенчестве приставляют наставника — кого-то из самых сильных и верных адептов империи, — шёпотом говорил Хаггард, — и я думаю, что с большой вероятностью это именно такой человек. Либо просто товарищ, но… Слишком он сильный. Меня за пару метров пробрало, хотя он ничего и не делал.
— Думаешь, стадия формирования ауры (5.1)? — уточнил я у Хаггарда его ощущения.
— Непонятно… — пожал бородач плечами, — но он точно сильнее Дракса, гораздо сильнее.
— Но ведь странно получается — разве такой наставник не должен быть постоянно рядом с принцем? — сказал я о том, что мне казалось непонятным в этой ситуации.
— А ты думаешь, принц несмышлёный юноша? — хохотнул Хаггард, — чтобы ты понимал, младшему принцу, Эдегарду, больше сорока лет. Среднему, Айрону, около семидесяти, а старшему было под сотню, да он вроде сгинул.
— А про силу его известно? — заинтересовался я этим моментом.
— Эдегарда считали гением, потому что он достиг конца стадии ядра к тридцати пяти и должен был начать штурмовать следующую стадию. Про Айрона я ничего такого не слышал, но думаю, тоже сильный, — ответил мне Хаггард, вставая из-за стола.
Страшно представить, какой силы там родословная и сколько ресурсов было потрачено для такой скорости развития.
Что-то внутри мне подсказывало, что лучше держаться подальше и от принца Империи Пурпурного Тумана, и от короля Страны Лунного Света. Но если я выиграю в турнире, они точно обратят на меня своё внимание. Дилемма…
Сделав последний глоток чая, поднялся вслед за Хаггардом, снова посмотрел в угол и наткнулся на внимательный взгляд мужчины, словно прожигающий во мне дыру.
Тоже, видимо, чай заценил.
Спустя пару мгновений он отвернулся, а я обратился к разносчику:
— Можно ещё такой же чайник в номер?
Чоулинь шёл в сторону штаба на очередное собрание, прокручивая последние события в голове.
«Сотня» ополченцев, отправленная в мясорубку постоянных битв с демонами, стали закалёнными бойцами. У них не было другого выбора — либо так, либо умереть.
Война с демонами выглядела совсем не так, как того ожидал Чоулинь. Было ощущение, что они на огромных охотничьих угодьях, а не на войне. Он слышал про сильные отряды, что углублялись аж на имперские земли за добычей — демонов там становилось больше и больше.
