Когда старик выдвинулся вперёд, толпа затаила дыхание, и вокруг раздался шёпот: «Это Лин Чжэн, глава школы Белого Тигра! Это он!»
Но в тот момент, когда Лин Чжэн остановился, адепты замерли, будто попав под мощный пресс. Его появление ощущалось кожей — будто в воздухе натянули струну, готовую лопнуть от напряжения.
Он не был высок, но казался исполином. Седая борода, заплетённая в тонкие косички, лежала на груди, словно змеи из древних легенд. Жёлтые, почти звериные глаза медленно скользили по толпе, и каждый, на ком останавливался этот взгляд, невольно задерживал дыхание. Его белые одежды с золотой вышивкой когтей развевались без ветра, будто сотканные из самого воздуха.
— Адепты, — его тихий, но слышимый в каждом углу голос прокатился над площадью. — Вы пришли сюда за славой. За силой. Но выдержите ли вы бремя силы и славы? Испытание духа покажет.
За его спиной, чуть в стороне, стояли остальные.
Король Лунного Света, закованный в доспехи, отливающие холодным серебром. Его лицо скрывала стальная маска с гравировкой полумесяца, и даже сейчас, в этот торжественный момент, он не снял её. Лишь скрестил руки на груди, и тяжёлый плащ бело-жёлтого цвета колыхнулся, будто живой.
Рядом с ним стоял принц Айрон, от которого веяло силой. Молодое лицо, фиолетовые одежды, расшитые звёздами, медальон с драконом. Он ухмылялся, будто всё это — просто забавное представление для его личного развлечения, исход которого давно предрешён.
— Испытание духа довольно простое, — продолжил Лин Чжэн. — Выстоять. Всего лишь выстоять.
Он поднял руку — и небо ответило ему.
С грохотом, от которого задрожала земля, с небес опустился колокол. Огромный, чёрный, покрытый трещинами и рунами, что светились тусклым золотым светом. Он висел в воздухе сам по себе, не держась ни за что, и от него веяло чем-то древним и могучим.
— Колокол Дао, — произнёс Лин Чжэн. — Три раза выдержите его звон, и вы прошли. Не используйте ци.
УДАР.
Звук разорвал мир.
Это был удар по коже, по костям, по крови — по всему телу сразу. Колокол загудел, и волна невидимой силы прокатилась по площади, сгибая адептов, как ветер сгибает траву. Воздух сгустился, стал тяжёлым, словно наполненным расплавленным свинцом.
Тысячи адептов застыли, лица исказились от боли. Некоторые схватились за головы, другие согнулись пополам, словно их били в живот. Кто-то застонал, кто-то закричал — но их голоса растворились в гуле колокола, который заполнил всё вокруг.
Я почувствовал, как моё тело содрогается, будто каждая клетка сопротивляется этому звуку. В ушах звенело, в глазах потемнело, но я стоял. Просто стоял, стиснув зубы, ощущая, как моё сознание пытается сжаться в комок, спрятаться от этого давления.
Десятки адептов, едва колокол ударил в первый раз, инстинктивно выбросили перед собой щиты из ци. Они не смогли удержаться — страх, привычка, рефлекс.
Колокол ответил.
Щиты рассыпались, как стекло под молотом, а сами адепты рухнули на землю, будто подкошенные. Их глаза закатились, а изо рта шла пена. Они даже не успели понять, что произошло — их сознание отключилось мгновенно.
Предупреждали же: «Не используйте ци», хех.
Я стиснул зубы. Внутри всё горело, энергия рвалась наружу, тело требовало защиты. Но я не поддался.
Второй удар.
Мир снова взорвался.
А затем пришло странное чувство расслабления — на меня больше ничего не давило. Если первый звон был испытанием тела, то второй ударил по разуму. Перед глазами пролетали бессвязные видения — смесь событий прошлой жизни и этой, выглядящая скорее несуразной. Какие-то голоса что-то шептали, но я даже не обратил внимания. Ворчания Хаггарда доставали гораздо сильнее…
Оглядевшись, увидел, что вокруг падали десятки адептов. Кто-то бился в конвульсиях, кто-то лежал без сознания.
Меня же сильно беспокоило только одно. Хотелось выпить чая и посмотреть на этих людей передо мной — насколько они сильны вообще, блин? Кажется, недалеко от принца стоит тот мужчина из таверны.
Встретившись с пристальным взглядом короля, я решил изобразить беззвучный крик. Ну, чтоб не выделяться из массы.
Тут ударило в третий раз, и это было ужасающее по своей силе давление.
Оно было направлено не на тело, не на разум, а словно на всю мою суть и естество.
Давление нарастало настолько быстро и сильно, что меня вот-вот должно было отключить от перегрузки, силы были на исходе…
Что-то почувствовав, я встал ровно, расслабился и закрыл глаза. Я перестал сопротивляться этому давлению и впустил его в себя — иначе было не выдержать. Сначала подсознательно сжался, от чего испытал адскую боль, но заставил себя расслабиться.
Боль резко сменилась удовольствием, а через мою душу полноводной рекой лилось мировое Дао, укрепляя и заживляя что-то глубоко внутри. Я купался в этой энергии, и озарения силы приходили одно за другим — я понимал суть ци, понимал суть стихий и техник, что есть тело и душа. Я понимал суть Дао…
Но тут третий удар отгремел, и я пробкой вылетел из этого состояния.
