Я попал в другой мир, где адепты стремятся к силе, ци течёт рекой, а магические звери правят лесами. Случай дал мне в руки древний клык — артефакт, способный впитывать энергию всего живого и мертвого — сокровище, за которое императоры готовы развязывать войны.Теперь я вынужден скрывать этот артефакт — ведь если кто-то увидит, что мертвый зверь лежит без единой капли энергии, они поймут. И начнется охота.
Через час мы, естественно, не вышли. Казалось бы, всего двадцать три человека, но сколько лишней суматохи. Справедливости ради, ни у кого не было пространственного артефакта, как у меня, который позволял путешествовать по принципу «все свое ношу с собой».
Удивил Хаггард — он собрался быстрее всех и вручил мне три огромных баула всякого высокоэнергетического добра. Было ощущение, что браслет лопнет уже после первого мешка — слишком много концентрированной энергии. Залезать в мешки и сортировать времени не было, поэтому один остался в браслете, а другие два… Хаггард положил к своему седлу.
Я знатно удивился, когда он мне продемонстрировал свою животину — непонятный кусок кожи, который он разложил на земле. Однако затем Хаггард начал поливать эту кожу своей ци и «звиздец каким дорогим маслом», дословно. И кусок кожи медленно набухал, превратившись в какого-то слизняка размером с крупного пони, и при этом от него разило мощью, как от той змеи, которую я когда-то прибил.
— Охренеть… — прокомментировал я возникновение этого слизняка.
Хаггард гордо похлопал существо по боку, отчего тот издал вибрирующий звук, словно мурлыкал.
— Встречай, мелкий, это Улитка! — бородач был явно доволен произведенным впечатлением, — пару лет назад выменял его удачно. Скользит быстро, но масло жрет как не в себя, зараза. И кувшина хватает, — он потряс в воздухе этим самым кувшином, — на два-три дня. Потом либо подливай, либо опять в тубус сворачивай… Но, самое главное, Улитка дружелюбный. Они с Кротиком очень хорошо ладят.
Я осторожно протянул руку, собираясь потрогать существо. Улитка тут же развернул в мою сторону нечто, напоминающее несоразмерно огромного размера пасть, и щелкнул рядами игольчатых зубов, даже на вид очень острых.
— Дружелюбный, — пробормотал я, отдергивая руку. — А где панцирь?
— Да кому он нужен, — ответил Хаггард, прикрепляя седло к слизняку и к нему уже баулы.
Остальные участники нашего марш-броска собирались отправиться в путь на лошадях — зверях второй стадии, больших и мощных. Улитка Хаггарда рядом с ними терялся (да, бородач упорно называл его в мужском роде), но у меня было устойчивое ощущение, что он пару таких лошадок сожрать может и не поморщится.
Один из мастеров Белого Тигра подвел коня и мне, но я отказался. Никогда верхом не ездил и не умею, и время на обучение тратить сейчас совсем не хочется.
Да и мне кажется, что мой метод перемещения ничем не хуже… Одновременно с этими мыслями за спиной раскрылись крылья — пора полетать…
Процессия наша выглядела интересно — двадцать один всадник на лошадях, среди которых помимо моих друзей половина была суровые северяне, пяток мастеров из Белого Тигра, один летающий я и Хаггард. Он, восседая на своем скользком Улитке, выглядел абсурдно и грозно одновременно — существо передвигалось с удивительной скоростью, оставляя за собой блестящий слизистый след. И да, с высоты выглядело действительно как улитка — вместо панциря Хаггард и Крот… С одной стороны, мне казалось странным именно такой набор бойцов — я думал, мы могли обойтись и меньшим составом. Но Хельда настояла на присутствии каждого своего человека — они обладали уникальными навыками, которые могли пригодиться в гробнице
Мы мчались, не щадя ни коней, ни Улитку, делая лишь редкие остановки. Я периодически улетал далеко вперед, разведывая местность. Меня удивило, как быстро люди оправились после нападения демонов — они занимались своими делами, отстраивая свою жизнь заново.
На одной из остановок я вдруг подхватил Мико и резко взлетел. Я-то думал, она будет в восторге… Но она била меня кулаками в грудь и требовала отпустить.
Однако женщины — существа непоследовательные. Даже когда я отпустил её, она почему-то не обрадовалась.
Не понимаю, с чего вдруг меня потянуло на такие шутки, но когда я подхватил её в воздухе, она шумно выдохнула и наконец-то начала радоваться полету. Вот сразу бы так! Естественно, шутка была не злой, и высота огромная — я был уверен, что без особого труда её подхвачу.
— Дурак! — зарядила она мне кулаком, объятым пламенем, в грудь, отчего мне на секунду поплохело, ойкнула, а потом резко обняла и поцеловала. Я вновь офигел и понял, что все-таки прав — непоследовательные они…
Гу Лун погрозил мне кулаком, а я с трудом сдержался от того, чтобы показать ему язык. То ли напряжение последних дней из меня так выплескивалось, то ли эйфория от полетов, то ли какие-то гормоны, я так и не понял.
Во время очередного полета я понял, что то, что я воспринимал как облако на горизонте, оказалось столбом дыма, все шутливое настроение как рукой сняло. Твою-то мать…
Когда я спустился и рассказал новые разведданные, люди на привале ощутимо напряглись.
— Двинулись! — голос Хельды разорвал тишину. — Без остановок! Вестра, в авангард! Керо, разведка!
Уже через пару минут все вернулись в седла, пришпорив коней, а я снова взмыл ввысь.
