Бармен же убедился, что теперь понятия не имеет, сколько способен один человек поглотить алкоголя. В эту ночь он присутствовал при действе, которое отнес к разряду невероятных. Где-то к двум часам ночи изрядно нагрузившийся шотландец кликнул Девита, который уже возвратился, и пригласил его выпить по стаканчику. Поскольку у Питера не было никаких причин отказаться, он устроился рядом с Малькольмом, который обратил его внимание на то, что манжета его рубашки испачкана кровью.
– Несчастный случай, старина?
– Ну да, я порезал ладонь, когда споткнулся о мусорный контейнер! Спрашивается, как это терпит дорожная служба, там же можно убиться насмерть!..
– А в Томинтоуле нет контейнеров для мусора… – Шотландец глубоко призадумался, перед тем как добавить: – Правду сказать, и дорожной службы тоже нет…
И вдруг, выйдя из берегов, он разразился горючими слезами на виду у ошалевшего бармена и Довита. Питер похлопал его по плечу:
– Что такое? У нас что-то разладилось?
– Ну почему в Томинтоуле нет дорожной службы, скажи?!
Бармен выдал свое заключение:
– Он набрался по уши!
– Я тоже так думаю… Пойдем-ка, Макнамара, свежий воздух вам не повредит.
Взяв Малькольма за руку, Питер проводил его до дверей и легонько подтолкнул:
– Идите к себе, Макнамара, да хорошенько отдохните… Вы не забыли, что вас ждут здесь завтра, а вернее уже сегодня, к четырем часам?
– Ой… но вы мне скажете или нет, почему в Томинтоуле нет дорожной службы, а?
– Обещаю вам.
Перед тем как вернуться в «Гавайские пальмы», Девит понаблюдал, как удаляется шатающийся силуэт шотландца.
Чтобы попасть в «Шик-модерн», Малькольму пришлось разбудить Эдмунда. Тот ко всем своим обязанностям ещё добавил и службу ночного дежурного, ибо хозяин, прекрасно зная клиентов своего отеля, не мог доверить им ключи. Свежий воздух как будто протрезвил шотландца, и он встретил слугу радостным восклицанием:
– Ну, старина, как дела?
Тот на него недовольно покосился:
– А как, по-вашему, могут идти дела у человека, которого будят посреди ночи?
– Вам надо съездить в Томинтоул, старина!
– Обязательно… А пока что вы могли бы и войти, если только вы меня не разбудили ради того, чтобы узнать, как идут мои дела.
– Эдмунд, брат ты мой старый, ты мне нравишься!
И, не дав слуге опомниться, Малькольм облобызал его в обе щеки, вполне по-братски.
Эдмунд, несколько удивленный, посмотрел на него повнимательнее.
– Похоже, вы человек душевный, как это ни странно.
Макнамара остановился перед конторкой Сэма, где все еще горела лампа.
– Хозяин еще не лег?
– Не знаю я… Он вернулся с какой-то странной рожей. Я сходил по делам, зашел выпить стаканчик, а заодно проверить результаты скачек, а когда вернулся, он куда-то пропал. Я его больше не видел. Но, между нами, меня это не колышет, потому что, если вас интересует, конечно, мое мнение, Сэм Блюм порядочная скотина.
– Странно, что он оставил гореть лампу, правда?
– Это что, в вас бунтует ваш шотландский инстинкт – во всем экономить?
– Это точно!
Макнамара нагнулся над стойкой, чтобы дотянуться до выключателя, и увидел скрюченного Блюма. Шотландец тут же отпрыгнул назад.
– Скажите на милость, старина, что это за странные шутки?
– Какие шутки?
– Вы что, не знали, что ваш хозяин там?
– Там? Где это – там?
Макнамара показал пальцем, и Эдмунд тоже нагнулся.
– О Господи!..
Весь побледнев, он спросил:
– Вы… вы думаете, что он… мертвый?
– Да вроде похоже, если только он не изображает факира.
Говоря это, шотландец обогнул стойку, взял лампу и приблизил ее к Сэму.
– Ему разбили череп бутылкой, которая раскололась… Убийца унес горлышко… из-за отпечатков, наверное…
– Но кто… кто мог его ударить?
– А вот это, старина, неизвестно…
И слова замерли на губах шотландца, потому что он снова увидел перед собой кровь на манжете рубашки Деви-та и резаную рану от стекла на его ладони.
– Старина, мы ничего не можем сделать, кроме как вызвать полицию.
– Это мне не очень нравится…
– Если это вас может утешить, то мне тоже не очень… Констебль Майкл, Торнби задумчиво прогуливался со своим молодым коллегой Стюартом Домом.
– Идите скорей! – вдруг услышали они крик.
– Куда?
– В «Шик-модерн».
Том спросил:
– Там что, горит?
Его коллега перебил его:
– Если там горит, то мы придем в любом случае слишком рано, потому что наконец появился шанс, что исчезнет логово проходимцев…
– Да не то… Сэм Блюм умер.
– Не может быть! Прекрасно! Дьявол должен быть доволен. Он получил отменного клиента! Сбегайте за врачом.
– Дело в том…
– Что… что?
– Мне кажется, его убили.
– Вам кажется, да?
– То есть я в этом уверен.
– Вот это уже лучше. Пошли туда, Стюарт… Встретившись опять с шотландцем, Торнби отшатнулся.
Он осмотрел Сэма и обратился к Малькольму:
– Вы что, не умеете иначе применять свою силу, чем дубасить по людям? Сегодня утром два инспектора, а вечером эта старая калоша…
Макнамара запротестовал:
– Но я не дотрагивался до мистера Блюма! К тому же если я зол на кого-нибудь, я не пользуюсь бутылкой… особенно полной виски! Одна цена чего стоит!
Констебль не мог удержаться от смеха.
