– Если честно, я вообще-то не был паинькой, – рассказывал мне Найджел через много лет, после того как снова женился и стал респектабельным учителем начальной школы. – Как не был и хорошим мужем, отдаваясь сексу и пьянству. Пил я не так уж много, но девушки непреодолимо меня влекли.
Брак распался окончательно в 1983 году, когда дочерям Саманте и Карите было соответственно четырнадцать и тринадцать лет.
– Об этом я вспоминаю с дрожью, – признался Найджел. – Девочки как раз достигли переходного возраста, становились женщинами, а родители разбежались. Неподходящее время. Думаю, развод сильно повлиял на них.
Карита была энергичной и творческой личностью, талантливой танцовщицей, любила английскую литературу, театр и активный отдых. Когда родители расстались, она стала замкнутой и подавленной, хотя в свои тринадцать лет превратилась в красотку с длинными светлыми волосами, красиво очерченными яркими губами и некрупными правильными чертами лица. Аннет, которая всегда старалась поддерживать дочерей, не знала, как помочь Карите. Отчаяние девочки становилось все глубже; она высказывала мысли о суициде, и напуганная Аннет поместила ее в психиатрическую клинику. Вынужденная изоляция от внешнего мира и внимание сестер и докторов смягчили Кариту, и некоторое время казалось, что она идет на поправку. Но потом больничный психиатр, который, как выяснилось, и раньше злоупотреблял полномочиями по отношению к пациенткам, стал возить девушку в город на обеды и всячески соблазнять. Его уволили и лишили права заниматься медицинской деятельностью, прежде чем он успел причинить ей серьезный вред, но уверенность Кариты в себе окончательно рухнула.
– В отсутствие чувства собственного достоинства и поддержки семьи миловидная внешность только во вред, – поясняла Аннет. – Трудно постоять за себя, становишься легкой добычей.
Карита вышла из родной психиатрической клиники и бросила школу. Пару лет она слонялась без дела по Перту, но вскоре заскучала в слишком знакомой обстановке. Когда ее лучшая подруга Линда Дарк предложила переехать в Сидней, Карита ухватилась за этот шанс. Девушки отправились автостопом на восток через пустыню. В Сиднее Риджуэй встретила Роберта Финнигана, который только что переехал из Британии. Они полюбили друг друга и стали жить вместе.
Аннет, как любая мать, расставшаяся с дочерью, беспокоилась о Карите. Ее волнение переросло в ночные кошмары, а поскольку она интересовалась подобными вещами, то годами записывала подробности снов. Там были сцены, в которых Кариту хватали и насиловали; незнакомцы в странных нарядах внушали чувство опасности и беды. Еще ей запомнился сон, в котором Карита приехала к матери и надела ей на палец кольцо, успокаивая ее. Аннет кропотливо фиксировала свои видения – и последующие события, к ее ужасу, совпали с записями из дневника сновидений.
Худший из кошмаров рисовал Кариту, сидящую за столом вместе с группой мужчин азиатской внешности. Девушка выглядела счастливой и спокойной; собеседники доброжелательно предлагали ей сделать выбор. Однако Аннет видела истинное значение сцены и грязные намерения мужчин.
– Она чувствовала себя в безопасности, – рассказывала Аннет. – Она должна была выбрать одного из мужчин. Но ими руководил холодный расчет, а она не знала и не видела, кто они на самом деле. Ужасный, просто ужасный кошмар. Я видела его во сне, но ничего не предприняла. Я думала, что азиаты просто что-то символизируют, а предсказание было буквальным. Меня до сих пор в дрожь бросает.
Между тем Кариту смущало внимание мужчин. Чтобы избавиться от него, она перекрасила светлые волосы в каштановый цвет, но все равно оставалась необычайно привлекательной. Роберт Финниган, серьезный парень в очках и с тихим голосом, влюбился в нее без памяти. Он перебрался в Сидней после путешествия по Юго-Восточной Азии, а с Каритой познакомился в одном из множества дешевых хостелов австралийской столицы. Последующие пять лет молодые люди провели вместе.
– Я просыпался утром, а она рядом, – вспоминал Роберт. – Мне даже не верилось. Помню, мы гуляли по пляжу Бондай-Бич: повсюду красотки, как с обложек журналов, но Карита затмевала любую из них. Конечно, мы были еще юными, поэтому наверняка не скажешь, но мне кажется, мы оба мечтали провести вместе всю жизнь.
Они снимали в Сиднее дешевые квартиры рядом с другими молодыми мигрантами. Работа у них была самая обычная: Роберт трудился на стройке, Карита – в прачечной, а потом в ресторане. Еще девушка придумывала дизайн футболок и продавала их, изредка подрабатывала моделью и снялась в одном студенческом фильме. Все деньги уходили на путешествия и долгие поездки – на Филиппины, в Непал, Мексику и Америку. Когда средства заканчивались, пара возвращалась в Сидней. В 1987-м, когда они первый год жили вместе, исполнялось 200 лет Австралии, и празднование вылилось в череду барбекю и вечеринок на открытом воздухе. А летом следующего года подруга Кариты Линда уговорила ее вместе поехать в Японию и поработать в хост-баре.
