Капитан «Прыгуна» грустно усмехнулся, но потом улыбнулся искренне, от души – как раз в тот момент, когда мир опять покрылся рябью гиперперехода. Хэван застыл, глядя на экран. Там, перед кораблем, на фоне алого солнца виднелся темный лик Дагоры. Огромный шар планеты опоясывал светящийся пояс орбитальных конструкций, среди которых островами плыли огромные космопорты и орбитальные склады. Хэван, покинувший этот мир всего несколько дней назад, почувствовал, как сердце сжалось. Нет. Не может быть. Прошло, наверное, лет сто, не меньше. Это было в прошлой жизни.
Капитан, заметив гримасу на лице гостя, похлопал его по плечу.
– Добро пожаловать домой, агент Хэван, – сказал он и тихо рассмеялся.
Медленно бредя сквозь разномастную толпу зала ожидания, Хэван наслаждался этой долгожданной минутой. Неделя выдалась совершенно сумасшедшей, и он был рад, что все волнения скоро останутся позади. Сейчас он сам удивлялся тому, как ему удалось вывернуться из этой вязкой ловушки. В тот момент, когда «Прыгун» причаливал к орбитальному доку после длинного прыжка, Лэй был уверен, что все самое страшное позади. Но когда он увидел толпу встречающих корабль репортеров, он понял – все только начинается.
Их встречали как героев – последний корабль, сбежавший из взорванной системы, спасший защитников форта, принявших на себя удар жестокого врага. Да, новости в этой системе опережали даже звездолеты. Капитана Маршалла чуть не разорвали на части жаждущие подробностей журналисты медиасетей. Досталось и стрелкам, еще не пришедшим в себя после боя. Хэвана тоже пытались ухватить за рукав, но он ловко подставил вместо себя Родерика Пая, и, пока репортеры пытались выбить из него хоть одно слово, Хэвану удалось затеряться в толпе встречающих и благополучно скрыться в ближайшем сортире. Он ускользнул прежде, чем полиция разогнала журналистов и захомутала прибывший экипаж. Неразбериха царила страшная. «Прыгун» ведь был только одним из сотен кораблей, привезших на Дагору тысячи беженцев. Лэй понимал, что ему повезло – все силы таможенников, полиции и пограничного контроля были брошены на наведение порядка в пассажирских портах, наспех переделанных в зоны контроля для беженцев. Им хотелось переписать всех и вся, и тут они застряли. Как ни готовилась Дагора к такому нашествию, навести порядок так и не удалось. И для одинокого мошенника не составило труда ускользнуть на планету с ближайшим пассажирским транспортом.
Все самое интересное началось уже потом, когда Лэй получил доступ к своим счетам и быстро снял номер в самой занюханной гостинице в центре Дагорианских болот. В дело пошла тяжелая артиллерия – военные. Заголовки новостных каналов и мультимедиагазет пестрели броскими фразами о героях недавней войны, которую называли теперь Битвой за Авалон. Тысячи душещипательных историй, сотни трагедий, десятки счастливых объединений разбитых войной семей – все это занимало журналистов лишь в первые дни. А потом началась охота за героями.
Фотографии замелькали на каналах. Много говорили о полковнике Сандерсе, часто вспоминали капитана Маршалла и капитана Моргана. Появились интервью, репортажи, заметки, в ход пошли архивные данные и детские воспоминания друзей нынешних героев. На первых местах, конечно, держались военные дагорианского флота, павшие смертью храбрых при оказании помощи соседу. Федералы тоже красовались на экранах, тряся золочеными эполетами синих мундиров. И вскоре очередь дошла и до федерального агента Лэйвана Хэвана, что в рассказах журналистов превратился в эпического героя, чуть ли не в одиночку задержавшего инопланетное вторжение. Хэван предпочел, чтобы рассказывали о полковнике Белове, но, увы, о нем почти не вспоминали. Зато за Хэваном устроили настоящую охоту – было точно известно, что он прибыл на Дагору, но избегает контактов с прессой. Это только раззадорило массмедиа. Журналисты всех каналов пытались найти его раньше конкурентов и доставили много неприятных моментов Лэю.
Утешало одно – служба федеральной полиции никак не комментировала действия своего мнимого подчиненного. Они отказывались обсуждать даже существование подобного лица. Журналисты решили, что агент Хэван вовсе даже не из федеральной полиции, а скорее агент федеральной безопасности, выполнявший задание. Безопасники вовсе были немы как рыбы, но Лэй не сомневался, что и полиция, и безопасность уже начали искать таинственного агента. Спасала его пока только неразбериха, царившая на Дагоре. Сотни тысяч беженцев, явившихся из соседней системы, – тяжкое испытание для любой бюрократии. Всех найти, переписать, расселить, выдать пособие… Тут не до розыска пропавших, удовлетворить бы требования тех, кто настойчиво колотит в дверь офиса. Но бесконечно долго это продолжаться не могло.
