Стены кают-компании мгновенно стали каким-то подобием экрана, на котором появилось изображение секретной авиабазы, находящейся где-то на левом плече Каменного Великана, в малонаселённом горном районе. Добраться до неё можно было только по воздуху, дорог здесь не было как понятия, плоскогорье, на котором располагалась авиабаза, было отсечено от большой земли глубокими пропастями и водопадом. Поговаривали, что однажды ивейские диверсанты были выброшены с парашютами, но обнаружить замаскированный объект так и не сумели, а потом их заметил местный пастух, сообщил куда следует, и храмовников попросту забросали напалмовыми бомбами — ловить их никто не стал, смысла не имело. Видимо, поэтому ректор и решил разместить инопланетный корабль именно здесь.
Видневшееся на круговом экране лётное поле с несколькими самолётами внезапно резко провалилось вниз. Мимо промелькнули тучи, а затем горизонт начал быстро синеть, и буквально через полминуты вокруг раскинулась чернота открытого космоса. Внизу плыла покрытая облаками планета.
— Для этой яхты что, и сопротивление воздуха ничего не значит? — растерянно спросил неизвестно у кого профессор Стинки. — Как можно настолько быстро достичь орбиты?..
Однако его услышали, и голос Лины ответил:
— Почему же, имеет. Но яхта во время старта прикрыта особого рода защитными полями, позволяющими свести сопротивление среды практически к нулю. «Надежда» благодаря этому способна очень быстро перемещаться даже в воде, я бывала на ней на водных планетах, пришлось пару раз стартовать с большой глубины — никакой разницы не заметила. Не спрашивайте меня, пожалуйста, о природе полей, я этого просто не знаю.
Она ненадолго умолкла, а потом предложила:
— Пока летим до пояса астероидов, я могу подлечить в ти-анх тех, кто ещё не лечился в нём. Вы все люди пожилые, поправить здоровье лишним не будет.
— Пожалуй, — хмыкнул профессор Стинки, покосившись на инженера. — Я и против биокомпа ничего не имею, меня коллега заинтриговал его возможностями.
— Без проблем! — заверила Лина. — Омоложение я вам сделаю только внутреннее, и преобразование тела проводить не буду, это, кажется, вообще запрещено…
Она запнулась, видимо что-то вспомнив, и что-то едва слышно прошипела, помянув свои умственные способности, что вызвало почти неслышные усмешки у эрумцев — видимо, девушка вспомнила о запрете, при этом успев несколько раз нарушить его. Молодые так предсказуемы!
— В общем, все ваши болезни сойдут на нет, — взяла себя в руки Лина. — Здоровье станет абсолютным, иначе говоря, будет достигнута генетическая норма для нашего вида разумных.
— А сколько нам лететь? — поинтересовался профессор Огио.
— Если не особо спешить, а спешить не стоит, к поясу астероидов на большой скорости приближаться опасно, то около восьми часов. Это до начала сканирования, включая разгон и торможение.
— Значит, скорость немногим меньше ста восьмидесяти тысяч ланов в секунду, — быстро сделал примерный расчёт математик. — Солидно, нашим кораблям до таких скоростей ещё расти и расти…
— А тип двигателя какой? — не сдержался Игрио Морти.
— Гравитационный, — ответила Лина. — Был бы исправен гипердвигатель, мы бы были на месте через полчаса максимум. Но увы. Мы потому и попросили у вас помощи, что сами восстановить его не можем.
— Ясно… — покивал инженер. — Гравитационный… Интересно, на каких физических принципах он работает?
— Вот не имею ни малейшего понятия! — заверила девушка. — Я передала господину ректору один из бортовых биокомпов со всей имевшейся на нём научной информацией. Её там, правда, не слишком много было, комп всё-таки больше навигационный. Удивительно, что там вообще нашёлся начальный курс гиперфизики. Я его туда не сливала, видно, остался от предыдущего владельца яхты — на ней некоторое время летал мой учитель.
— А чему он вас учил? — тут же ухватилась за её оговорку профессор Однет, переглянувшись с коллегами.
— Политике, чтоб она провалилась… — уныло сообщила девушка. — Терпеть всю эту грязь не могу! Понимаю, что нужно в ней разбираться, но знали бы вы до чего всё это противно…
— Только политике?
— Ещё магии вместе с Кержаком. Ой…
После недолгого молчания девушка недовольно пробурчала:
— Ну вот, проговорилась… Вот же все хвосты Проклятого!
— Так вы всё-таки ментат? — осторожно спросил профессор Огио.
— Да, ментат, — во вздохом подтвердила Лина. — Не стоило, наверное, вообще скрывать. Не умею я каких-либо тайных планов строить. Не стоило и пытаться…
— Покажете что-нибудь? — подался вперёд математик, в его глазах горел живой интерес.
