Теперь я придирчиво рассматривала в зеркале собственное отражение. Талия стянутая черной кожей корсета, казалось сейчас переломится. Белые кружева жабо, фальшиво уверяли, что под ними возможно найдется грудь. Если конечно хорошо поискать. Серое, в золотистую полоску платье, плотно охватывало тонкие руки и мягкими складками лежало на бедрах. Из-под его укороченного подола брызгали белоснежной пеной кружева. Платье мне понравилось, как и еще пара обновок. Но больше всего мне понравился коричневый, кожаный планшет. У него было такое количество всевозможных карманов и карманчиков в которые без труда поместятся все мои карандаши. В его потайных отделениях можно будет прятать рисунки. А листы бумаги и блокнот не будут мяться в его толстых, надежных стенах.
Домой мы добрались поздно. Фло еще долго перебирала содержимое многочисленных, больших пакетов и маленьких пакетиков, напевая песенки она с удовольствием вертелась перед зеркалом, а я от усталости завалилась спать.
Через три дня получив полный расчет за проданный дом, мы с бабушкой имея маленький багаж ступили на палубу воздушного корабля. Выбор в его пользу был сделан по той простой причине, что Фло никогда раньше не летала, а я хоть и боялась высоты но спорить с ней не стала. Она загорелась идеей полета, словно ребенок. И мне было жалко убивать в ней это стремление к неизведанному. Хотя внутри точил червячок сомнения, который предупреждал, что полет - затея не из лучших.
Огромный пассажирский дирижабль, медленно и величаво взмыл в воздух. У нас были билеты на палубу первого класса. Флоренс решила вспомнить молодость, в которой она будучи богатой наследницей ни в чем себе не отказывала. Скромная библиотекарша в школе Искусств, видимо уже надежно и прочно ушла в небытие. У бабушки поменялась осанка, она старалась очень прямо держать спину и гордо задирать подбородок. У нее поменялась манера разговора с обслуживающим персоналом. Теперь она цедила скупые слова, словно драгоценную влагу из не менее драгоценного сосуда. Капризничала при выборе мест в ресторане, придирчиво изучала меню. Снисходительно присматривалась к остальным, таким же чопорным и важным пассажирам.
Я тихонько посмеивалась про себя, но не мешала Фло, играть во всемогущую барыню. Устроившись на палубе возле литых, крепких заграждений я с увлечением рисовала облака и прекрасные виды внизу. Украдкой зарисовывала наиболее колоритных, ярких представителей важной публики. Наслаждалась прохладным ветерком и восхитительным, ледяным лимонадом.
- Николь! Я больше не могу! - голос бабушки звучал жалобно и протяжно.
Повернувшись я увидела присевшую на некотором расстоянии от меня бледную и вспотевшую Фло.
Сорвавшись с места я подошла к бабушке. Протянула ей свой чистый кружевной платок.
- В чем дело, Ба? Тебе же очень хотелось путешествовать водухом! - я сочувственно и с небольшой тревогой смотрела на зеленую, влажную кожу на лице Фло.
- Николь, оказывается я очень боюсь высоты! - вслипнув пожаловалась она. - Мне очень жарко в этой кожаной сбруе! - она кивнула на коричневый корсет из мягкой и плотной кожи. - И кажется я съела несвежую устрицу за обедом! - она икнула, стыдливо прикрыв рот кружевным платочком.
Я вздохнула понимая, что наше трехдневное путешествие на воздушном корабле кажется подошло к концу.
- Ба, а давай сойдем на следующей остановке. Можно продолжить путешествие паровозом или же другим способом? - задумчиво спросила я, упрямую Фло.
Она согласно закивалав головой. Улыбалась уже не так жалко и уныло.
- Да, да! Я придумала! Мы сойдем на крупной станции. Купим подержанное авто и продолжим путь своим ходом! - она довольно легко встала с плетенного, белого кресла и с воодушевлением хлопнула в ладоши. - До столицы осталось всего ничего. А я, когда-то очень даже прилично водила авто.
Я покорно пожала плечами. По правде говоря, бабушкина идея пришлась мне по душе. Путешествовать на авто всегда было моей тайной мечтой.
Мы сошли на ближайшем вокзале для воздушных кораблей. Огромный и шумный, он был самым близким к столице. То обстоятельство, что до желанного Лондона буквально рукой подать, чувствовалось во всем. Над толстым, прозрачным куполом, благородным сине-серым цветом сдержанно и холодно усмехалось небо. Оно на мой взгляд, значительно отличалось от привычной, горячей, синей эмали Юга. Солнце словно старый скупердяй, бросало рассеянный свет на землю, кутаясь в рваную шубу из клочковатых облаков.
Людской муравейник двигался и шевелился. Обнимались прибывшие и встречающие. Где-то отчаянно визжал ребенок. С криками, "Поберегись!" резво сновали носильщики багажа. Чинно прохаживались стражи порядка в черной форме с красно-золотыми галунами. Громко объявлялись посадки на следующие рейсы.
